Одесские анекдоты

Одесские анекдоты

Одесская квартира, поздняя ночь.
- Циля, я тебя хочу!
- Фима, и шо, обязательно нужно было меня будить? Или ты таки забыл, где шо находится?..

Одесский трамвай. Час пик.
- Есть ли в вагоне врач?! - истошно кричит с передней площадки еврейка бальзаковского возраста.
- Я врач! Что случилось?! - доносится мужской голос с задней площадки.
- Не желаете ли познакомиться с моей дочерью?

В одесской квартире.
Роза обиженно спрашивает:
- Абрамчик, почему ты больше не говоришь, что любишь меня?
- Я уже говорил это однажды. Если что-то вдруг изменится, я таки дам тебе знать...

Вдова одесского портного выходит замуж за спортсмена-гимнаста.
После месяца совместного проживания он спрашивает у неё:
- Розочка, скажи, а твой покойный муж имел такие бицепсы (показывает свои)?
- Нет.
- А он мог садиться на шпагат, как я (садится на шпагат)?
- Нет.
- Ой, тогда я не понимаю, а шо же он тогда вообще умел?
- Жора, я тебя умоляю!.. Он за час мог таки трахнуть меня, тебя, соседку Цилю и между делом сшить один костюм "тройка"!

На одесском сайте знакомств:
Фима: Мы ищем хорошую, непьющую и некурящую жену.
Сара: Хм-м... Ищем? Вас много?
Фима: Да как вам сказать... Я и моя мама Роза Марковна.

Секс по телефону по-одесски:
ОН:
— Мадам, угадайте шо я держу в одной руке?
ОНА:
— Та я Вас умоляю…, не смешите меня, шо можно путное держать в одной руке!

Очень богатый одесский зубной врач Рабинович эмигрирует в Америку.
Поскольку вывезти всё своё состояние за границу не представляется возможным, он всё своё имущество продал и сделал себе пять пар драгоценных зубных протезов. Стоимость этих протезов намного превышает предельную сумму, которую по закону можно провезти через таможню США.
Он благополучно прибыл в Нью-Йорк и, когда таможенник его спросил, для чего ему пять пар вставных зубов, Рабинович объясняет:
- Евреи, соблюдающие кашрут, держат два набора посуды: один - для мясного, другой - для молочного. Я так религиозен, что держу также две пары зубов: для мясной пищи и для молочной.
Таможенник слегка удивился, но сказал:
- O'key! Для этого вам нужны две пары зубов. Как насчёт ещё трёх пар, находящихся в вашем чемодане?
Рабинович объясняет:
- Понимаете, очень религиозные евреи держат ещё отдельную посуду для мясного и молочного специально для Песаха. Я же так религиозен, что для этого держу отдельную пару зубов!
- О, вы действительно очень крепки в своей вере, если так ревностно соблюдаете все религиозные традиции, - сказал таможенник. - Однако позвольте вас спросить, для чего ещё нужна пятая пара?
Рабинович беспокойно оглядывается, жестом подзывает таможенника поближе, наклоняется к нему и шепчет:
- Знаете, если честно, иногда так хочется пожевать кусочек бекона...

Одесские старожилы рассказывают, что однажды мужчине удалось таки понять женщину. К несчастью, он тут же умер от смеха.

Одесское еврейское кладбище. Надпись на памятнике:
"Дорогая мамочка, ты ушла от нас так рано! Благодарные дети".

В Нью-Йорке турист из Одессы подходит к уличному музыканту и спрашивает:
- Простите, вы не подскажете, как мне попасть в Карнеги-холл?
- Репетировать, дорогой, только репетировать.

В одесском трамвае давка:
- Мужчина! Я ж уже вся под вами! Таки сделайте, шоб я приятно вспоминала этот маршрут...

Одесса. Рыбный ряд на Привозе. Продавец:
- Женщина, что вы думаете!? Берите! Таки живой карп! Пять минут назад только плавал!
- А почему он не двигается, и жабры у него какие-то бледные?
- Мадам, он застыл и побледнел от волнения при виде вашей ослепительной красоты.

Я спросил иммигрантку, вернувшуюся из Одессы, где она навещала родственников, как сейчас жизнь в Одессе.
— Ой, не говорите! Утром нет света, днем нет воды, а вечером они пускают газ.

Однажды в Одессе
Эту историю я когда-то прочитал в книге Бориса Михайловича Сичкина и решил поделиться с читателями, ни в коей мере не претендуя на авторство.
Как-то я ехал в Одессе в трамвае и громко начал восторгаться городом. Вокруг меня тут же собралась приличная, полностью со мной согласная аудитория. Кто-то пожалел, что я пропустил цветение каштанов, другой посоветовал прогуляться по набережной вечером и т.д. Я благодарил, продолжал восхищаться красотой города и под конец мечтательно произнес: "Да, ну что говорить, Одесса... Ей бы еще Днепр..."
— Шо, шо, шо? — послышалось со всех сторон.
— Днепр?! Какой Днепр, эта лужа?! Зачем Одессе Днепр, у нас Черное море?
— Да, но все-таки Днепр — это поэтично. Редкая птица долетит до середины Днепра.
— Да зачем этой курве туда лететь, что она там забыла? О чем вы говорите, Одесса курорт, зачем ей болото, когда есть море?
Я постепенно дал себя уговорить, страсти затихли, я соглашался:
— Да, вообще-то, конечно. Черное море есть Черное море, с ним ничего не может сравниться — и для курорта незаменимо... — и через паузу:
— Ей бы еще Днепр, — и, пока никто не сумел сориентироваться, выскочил на остановке, на ходу крикнув:
— С Днепром Одесса была бы не хуже Харькова!

АХ, ОДЕССА, ЖЕМЧУЖИНА У МОРЯ...
Как-то, ещё до войны, композитор Модест Табачников, погружённый в свои мысли, возвращался домой от друзей в час ночи по Пушкинской. Его остановили двое, поздоровались и, пощупав добротный драп пальто, вежливо предложили раздеться. Автоматически, всё ещё думая о своём, Модест Ефимович снял шляпу, пальто, пиджак, из кармана которого торчали ноты.
Грабитель вынул их, развернул и прочитал вслух:
- "Ах, Одесса!" Слова и музыка М.Табачникова. Откуда это у тебя?
- Что?.. Это моя песня. Я - Модест Табачников.
Эти простые слова оказали поистине магическое действие на лихую парочку.
- Ты подарил нам песню, чтобы мы тебя раздели?!
Удивительно, но одесский блатной мир почему-то с первого дня считал эту песню, сочинённую как-то утром в 1936 году на салфетке за столиком ресторана гостиницы "Лондонская", своей. И то, что она, как оказалось, имела автора, и вот он, раздетый, стоит перед ними, очень разволновало грабителей. Табачникова немедленно одели и проводили до самого дома со словами:
- Можешь ночью не бояться, теперь тебя никто не тронет. Ходи, когда и куда тебе вздумается.

Одесса, конец 80-х. Коллега по работе спрашивает Рабиновича:
- Яков Моисеевич, что такое социалистический выбор?
- Сёма, это выбор, в какой очереди стоять: таки за водкой или в ОВИР.

Одесский дворик. В доме напротив по центру окна без занавесок вывешены белые женские трусы. Рабинович, задумчиво:
- Я таки не пойму... Это капитуляция или приглашение?

Loading...