"Советская военная разведка Глава 19" - Виктор Суворов

"Советская военная разведка  Глава 19" - Виктор Суворов

ЖЕНА - НАХОДКА ДЛЯ ШПИОНА.
1.
На Первый и Второй факультеты Военно-дипломатической академии принимали только женатых. На Третьем факультете наличие жены не было обязательным, ибо разведчику предстояло действовать внутри Советского Союза или с территории покоренных стран.
Иногда ГРУ выжидало: есть кандидат на стратегический уровень, да вот беда — холостой. Ладно, подождем. Если через пару лет не женится, заберем на Третий.
А он служил в полной уверенности, что семья это обуза, что молодость офицерскую надо отдать службе, а жениться надо только после того, как чего-то в жизни достиг, никак не раньше тридцати.
И откуда ему знать, что кто-то за ним внимательно смотрит и что-то от него ждет.
Но однажды, еще до двадцати пяти, он встречал единственную.
Об этом те, кому положено, сообщали куда следует. И молодую пару вызывали в Москву.
Надо подчеркнуть особо: принимали не его. Принимали пару. Если у него все отлично, но что-то не в порядке с ней, то пара уходила на более низкие уровни разведки, а то и вообще покидала эти структуры. Пример: допустим, уже в ходе учебы у нее возникли какие-то проблемы со здоровьем, повышенное давление или еще что-то. Его переводили на Третий факультет. С этого момента состояние здоровья жены на его службу больше не влияло.
Понятно, что квартиры тех, кто учился на Первом и Втором факультетах, прослушивались. Это не афишировалось, но особенно и не скрывалось. Наши семейные тайны для тех, кому нужно, тайнами не являлись.
Жизнь устроена так, что если пара не сложилась, то семейных скандалов не избежать. И тут свое слово говорили психологи. Скандал скандалу рознь. Милые ругаются — только тешатся. Внимательная прослушка и добротный анализ давали ответ на вопрос: это у них серьезная грызня или тешатся. Если серьезная, пара сходила с орбиты.
В супружеской паре не может быть равенства. Верховодит один. Если выяснялось, что главной является она, а выяснялось это быстро, то пара такая считалась непригодной для дальнейшего прохождения службы на этом уровне разведки.
Правда, случалось такое редко. Ибо этот вопрос внимательно изучался еще на этапе предварительного отбора. Если она верховодит семье, интерес ГРУ к такой паре угасал мгновенно.
Главная биологическая роль женщины в этой жизни заключается в том, чтобы произвести потомство. Если у пары к моменту выпуска из Военно-дипломатической академии по каким-то причинам не было детей, то дальше Восточной Германии такая пара не уезжала.
Достаточно интересно, что в Первом главном управлении КГБ вопросу подбора жен уделялось гораздо меньше внимания. Доходило до того, что пара жила десять-пятнадцать-двадцать лет, а потом распадалась. Трудно сказать, куда смотрели психологи КГБ. Неужели изначально не могли определить, что пара неустойчива? Неужели не могли отсеять в ходе подготовки?
На нижних этажах советской военной разведки разводы случались как и везде у нас. Но только не на самом верхнем уровне. Неустойчивые пары выявляли и беспощадно от них избавлялись.
Если пара дошла до выпуска с Первого факультета Военно-дипломатической академии, то это означало гарантию качества: развода не будет.
2.
Подготовка жен была основательной.
Прежде всего нашим боевым подругам объясняли, что Родина ждет от них потомства. (Это тем, которые потомков произвести еще не успели). Дети укрепляют семью. А семье разведчика требуется повышенный запас прочности. Потому, Валя-Маша-Таня, забудь все, займись эти самым важным вопросом.
Когда потомок производился и подрастал месяцев до четырех, молодой маме ласково советовали отдать потомка бабушке, а самой серьезно погрузится в учебу.
Главный предмет для жен (после марксистско-ленинской философии) — ВСР, военная стратегическая разведка. Девочкам, особенно тем, которые пришли не с нижних этажей разведки, надо было объяснить, куда они попали, и в чем будет заключаться их служение Родине.
Им рассказывали, зачем нужна агентура, и как ее вербовать. Их учили тому, как выявлять слежку, как выходить к тайникам, как закладывать материал и его изымать, как ставить графические сигналы и как их проверять. Им давали практику побродить по Москве под слежкой демонстративной, и под слежкой тайной, а потом еще и под смешанной. Объясняли, как вести себя в случае провокации и в случае ареста.
Место подготовки — квартиры. Дают молодой семье трехкомнатную. По советским стандартам трехкомнатная на семью из двух (а потомок у бабушки) роскошь невиданная. Объясняют: третья комната не ваша. Можете ее использовать, но в отдельные дни мы тут будем проводить занятия. Собирались 5-7 подружек с общей судьбой, хозяйка ставила на стол чай с варением, приходил руководитель Владимир Иванович или Петр Николаевич и рассказывает поучительные истории. После теории - практика где-нибудь в районе Речного вокзала или в Серебряном бору.
Никаих экзаменов, только дружеская беседа, которая давала представление о том, кто усвоил материал, а кому надо дать дополнительную подготовку.
Среди других предметов: изучение страны, в которой предстоит работать, агентурная психология, оперативная техника, дипломатический этикет.
Все это как бы неформально, без оценок и без выдачи дипломов по окончанию. Однако все было очень серьезно. Цель подготовки заключается еще и том, чтобы основательно наших боевых подруг изучить, составить на каждую исчерпывающий психологический портрет.
Ряд предметов жены изучали самостоятельно, в том числе иностранный язык, стенографию, вождение автомашины. На это выделялись деньги: иди устройся на курсы, Родина оплатит.
Воинских званий на этом уровне разведки жены не имели. Если на нижних этажах разведки жена имела сержантское или офицерское звание, то при зачисления мужа на Первый или Второй жену переводили в запас.
3.
Перед выходом пары в добывание боевую подругу в обязательном порядке вызывали в стеклянное здание на Хорошевке. Беседовали, потом выносили решение.
И вот молодая пара с двухлетней дочкой на руках (а дочка маму не узнает, просится к бабушке) появляется в логове капиталистического зверя.
Разведчик приступает к работе, а резидент вызывает жену, обстоятельно беседует и выносит решение о том, какую работе данной боевой подруге можно поручить.
Работы много. Прежде всего на ТС, это пост радиоперехвата. Местная полиция и контрразведка о чем-то болтают в эфире, наши боевые подруги слушают не перебивая. День и ночь.
Количество должностей в каждом посольстве ограничено. Держать целую группу офицеров на ТС никто не позволит. Потому те жены, у которых дети подросли, работали в прослушке.
Техники за броневой дверью много, и очень даже разной, работы хватало всем.
Итак, вызывал мудрый резидент молодую маму и решал, как поступить.
Должен сказать чистую правду: не все резиденты были злодеями.
Решение: занимайся семьей, воспитывай дочку, неплохо и второго завести. Твоя обязанность в настоящий момент: муж каждое утро должен быть готов к выполнению любого задания Коммунистической партии и Правительства СССР - накормлен, вычищен, наглажен, отправлен на работу с поцелуем и добрыми пожеланиями. Работа у него тяжкая, не мне тебе, голубушка, объяснять. А поздней ночью, когда домой вернется слегка в подпитии, злой и страшный, не пилить, распросами не досаждать, кровь не пить и нервы ему не мотать. Они у него и так на пределе. Если где и выпил, так это во славу Родины и в ее пользу. Не беспокойся, он под присмотром, у меня не забалует.
4.
Проходило немного времени, молодая мама втягивалась в работу. Выехали в горы отдохнуть. Он машину ведет. По сторонам поглядывает. Она тоже поглядывает в зеркальце, якобы губы подкрасить. На коленях у нее может быть блокнотик с бумагой особой быстросгораемой. Она номерки некоторых машин примечает и записывает.
Он: вреде на хвосте не сидели.
Она: и на мой взгляд, не сидели.
Приехали в горы на полянку, разложились, костер развели, она в сторону отошла одеяло уронила и подняла. Потом у костра его расстелила, разложили чем закусить, посмеялись, на гитаре потриникали, спели ровно столько песен, сколько в плане записано. И поехали домой.
Одеяло она роняла не зря. Уронила одеяло, а подняла одеяло и камушек, который там почему-то лежал. По дороге домой заехали в посольство, узнать какой фильм вечером будет. За одно и продуктов закупить. Магазины в посольствах были роскошные. Потому как Венская конвенция 1815 года запрещает дипломатов зарубежных стран облагать какими-либо налогами и акцизами. Если водку, икру и колбасу налогами не облагать, они такими дешевыми будут. И качество отменное.
А в Москву летит шифровка: Материал через тайник ШЖ-163-76 принят.
И боевой подруге в личное дело еще один крестик рисуют.
5.
Долго ли, коротко ли, у нее второй появляется. Жена рожает, а служба идет.
Шифровка из Москвы: Подобрать графический сигнал, который нужно будет проверять длительное время каждый день с 19.00 до 19.40.
Кто этот сигнал будет ставить, что он означает, нам знать не положено. Задание вроде бы пустяковое. Пока не вникнешь.
Итак, добывающий офицер каждый день до глубокой ночи где-то промышлял, а тут вдруг должен остепенился-перековался и каждый вечер просто гулять. А контрразведка его маршруты на карту наносит.
У него два варианта. Оба плохие.
Если он каждый день по одному маршруту бродит, словно кот ученый, то это настораживает.
Если он каждвй день по разным маршрутам бродит, а они все в какой-то точке пересекаются, то за этой точкой установят наблюдение.
Точек пересечения маршрутов может быть несколько: одна главная, остальные чтобы сбить со следа. Но и это не выход. Если контрразведка, что-то заподозрила, она поставит под контроль не только эти точки, но и весь район.
Головоломка офицеру: как же такой сигнал подобрать и как его потом контролировать?
Подумал он, докладывает заместителю резидента по нелегалам: район - парк напротив моего дома, место — небольшой белый монумент, сигнал - горизонтальная черта пять-десять сантиметров губной помадой красного цвета на уровне пояса.
Зам утверждает, описание уходит в Москву.
Проходит немного времени, поступает шифровка: к проверке сигнала приступить с такого-то числа.
Приступаем. На операцию выходит боевая подруга в детской коляской, с дочкой четырех лет и с сыном в возрасте двух месяцев.
Каждый день - по одному маршруту с мелкими отклонениями. Она и до этого по тому маршруту по аллеям чудесного парка гуляла. И дальше там гулять будет. И ни в чем ее не уличишь! И подозревать ее ни в чем не выходит!
Проходит день и два, и десять. В дождь и град. Соседи восхищаются: надо же какая мама дисциплинированная. А она и вправду такая. В Советской Армии к порядку приучена.
И однажды, вернувшись с прогулки, поднимает телефон и звонит в посольство: Машу дайте. И выговаривает Маше, что давно с мужем в гости не заходила. Маша оправдывается, отвечает, что зайдет обязательно. И очень скоро.
А в Москву летит шифровка: Сигнал ШЖ-205-76 принят.
Проходит совсем немного времени, она все так же возит калясочку. А здание, где она живет, огромное и роскошное. И живут в нем дипломаты разных стран. У них жены, и тоже с колясочками: ой, мальчик или девочка, да пухленькая какая! А вы откуда? Ой, как интересно.
И заводит советская мама дружбу с вражеской мамой, мило ей улыбаясь. А чтобы прикрыть контакт, заводит дружбу еще с десятком мам с такими же колясочками.
Потом ту вражескую маму и ее мужа-дипломата знакомит со своим мужем, приглашает в гости.
И разговоры за жизнь.
И выпить-закусить.
И по-человечески вникнуть в проблемы братьев по разуму.
И предложить помощь.
А уж после этого приходит шифровка: Лейтенанта запаса такую-то восстановить в кадрах Вооруженных сил СССР, присвоить очередное воинское звание старшего лейтенанта.

Loading...