"Товарищ Мерц сделал заявление..." - Алексей Копытько

Заявление, которое многие в Украине прочитали так: давайте мы сегодня вырежем вам почку, а когда-нибудь потом возможно подарим красивые бусики, но это не точно.

Товарищ Мерц, безусловно, один из тех немногих людей, которых надо слушать. Потому что Германия является стержнем ЕС, а на ближайшие два года это наш основной внешний костыль в плане выживания.

На 2026 и 2027 общая рамка более-менее обозначена. А вот что потом – неясно. Исчерпывающих ответов на этот счёт не будет.

Тем не менее, есть вещи, которые точно произойдут. И есть логика, которая является критерием для проверки сиюминутных высказываний.

1. Что говорят немцы не нам, а себе?

Они говорят (и даже пишут на бумаге):

• Через год (или ранее) после остановки огня в Украине Россия будет готова к масштабным агрессивным действиям против Европы / НАТО;

• Нам выгодно, чтобы Украина воевала до 2029/2030 года, стачивая и сковывая российскую мощь, не давая её возобновлять.

Где в этой логике перемирие в 2026/2027 году? В 2028? Нигде. Его нет.

2. Специально обученные немцы говорят: нам выгодно, чтобы Украина выступила донором безопасности в контексте угроз со стороны России.

Это означает: когда российские войска начнут движение в сторону Таллинна / Вильнюса / Варшавы… с фокусом на Берлин, должны автоматически (!) взлететь украинские беспилотники и ракеты, чтобы превратить в лохмотья половину Москвы. После чего украинские наземные войска должны создать такую угрозу россиянам, чтоб они резко передумали беспокоить немцев.

Это называется – военный союз. Которого нет.

Где тут ЕС? Нигде. Не существует (пока) настолько глубоких взаимных (!) оборонных обязательств в рамке Украина - ЕС.

А что есть? Есть логика «удержания Украины в бою, пока Европа готовится».

Уже очевидно, что Европа не подготовится. Потому что она готовится не к тому, чему надо. И без Украины эта задача не решается.

3. Какова процедура приёма в ЕС?

Если пропустить стадию переговоров и борьбу за «соответствие критериям», финализация происходит через подписание договора со страной-кандидатом, одобрение на уровне европейских институтов (Евросовет, Европарламент, ЕК) и ратификацию на уровне всех стран-членов.

Например, между подачей заявки Хорватией и вступлением прошло 10 лет, из которых 1,5 года занял процесс ратификации.

При всём уважении, никакой Мерц не может гарантировать ратификацию в условной Польше или Испании. Более того. Товарищ Мерц не особо может гарантировать ратификацию в самой Германии в условном 2028 г. Ибо в начале 2029 г. в Германии – плановые выборы Бундестага.

Тема потенциального приёма Украины в ЕС наверняка будет предметом дебатов и с вероятностью 99% её перебросят новому составу парламента. Особенно – если структура действующего парламента не будет соответствовать общественным настроениям в предвыборный год (читай: рейтинг АдГ будет выше). Вопрос: а какова позиция АдГ на счёт Украины в ЕС и кто с ними говорит на эту тему?

Также мы точно знаем, что в следующем году во Франции будет не Макрон. Что думает неМакрон по поводу Украины в ЕС? И кто с ним говорит?

А в ряде стран вообще нужен референдум.

Итого.

4. Прекращение огня в короткие сроки противоречит публично заявленной (!!!) оборонной логике ФРГ (ЕС).

Процесс вступления в ЕС точно занимает годы (как минимум – за счёт ратификации) и в принципе исключает какие-то гарантии. Особенно – в период турбулентности.

Интеграция в ЕС не предполагает автоматической конвертации в военный союз, хотя подстёгивает сотрудничество.

Гипотетический «отказ от территорий» и вступление в ЕС связаны примерно никак. Это мягкое и тёплое. Товарищ Мерц точно это понимает.

Когда звучит слово «перемирие» в связке с ЕС, должен быть ответ: как оформляется и в чём заключается военный союз? Каковы взаимные оборонные обязательства?

Сейчас налицо умышленный разрыв между политико-экономической и оборонной траекторией, нет перехода. Этот вакуум должен быть заполнен.