Джинн для сирийских евреев

Джинн для сирийских евреев

Когда Джуди Фельд, учительница музыки из Торонто, прочитала статью о 12 евреях, пытавшихся бежать из Сирии, но пойманных и жестоко казнённых, она решила спасти остальных. Она смогла выкупить и вывезти в Израиль более 3000 сирийских евреев, став для них настоящим «джинном».

Джуди была дочерью бежавшего из России в начале столетия еврейского эмигранта. Она родилась в Монреале и к началу 70-х стала преподавательницей музыки в университете Торонто. Тогда же вместе с мужем Рональдом Фельдом и другими своими сверстниками она начала активно участвовать в кампании за право выезда из СССР для советских евреев. Возможно, в то время она даже не догадывалась о существовании еврейской общины в Сирии. Но однажды на глаза ей попалась маленькая статья в Jerusalem Post. В ней рассказывалось о 12 молодых евреях, попытавшихся бежать из Сирии, но пойманных и жестоко казнённых.

Удивительно, но именно эта крошечная заметка перевернула всю дальнейшую судьбу молодой женщины, а заодно и спасла тысячи жизней. Потрясённая прочитанным, Джуди решила немедленно узнать больше о сирийских евреях и попытаться им как-то помочь. Не исключено, что если бы Джуди яснее осознавала, во что ввязывается, она бы никогда не решилась на подобную авантюру. Далёкая от хитросплетений международной политики, вначале она просто обратилась в израильское посольство в Канаде, где ей объяснили, что у Израиля нет ни малейших возможностей помочь сирийским евреям, как, впрочем, нет и чёткого понимания, что вообще можно для этого сделать.

На самом деле в течение трёх лет до этого дня «Моссад» помогал молодым сирийским евреям репатриироваться в Израиль. Желающим уехать нужно было самостоятельно и нелегально добраться до Ливана, а уже оттуда, с побережья Средиземного моря, их забирал катер израильских ВМФ. Так удалось спасти около 400 человек. Вот только после того самого провала, который и был описан в заметке Jerusalem Post, этот канал закрылся. Связано это было и с началом гражданской войны в Ливане – побережье Средиземного моря оказалось захвачено боевиками ФАТХ. Всего этого Джуди, разумеется, не знала. Представителям «Моссада» и в голову бы не пришло доверять подобные секреты молоденькой преподавательнице музыки из Торонто.

Джуди же просто позвонила в синагогу Дамаска. К тому времени в Сирии оставалось около четырёх с половиной тысяч евреев – жалкие крохи от некогда богатых и влиятельных общин. Сирийские власти безжалостно притесняли их, вымогали с них деньги, арестовывали и пытали. Однако при этом старались не подставлять себя лишний раз под критику со стороны Запада. А потому старательно демонстрировали показную терпимость к своим еврейским подданным. Без сомнения, они знали о звонках молодой канадской еврейки своим сирийским единоверцам, но, вероятно, считали, что эти разговоры лишь укрепят видимость фальшивых сирийских свобод. Так Джуди и её муж завязали знакомство с лидерами еврейских общин сначала Дамаска, а затем и Алеппо.

Единственным, что сирийские власти разрешали получать из Канады, были молитвенники и другая религиозная литература. Шаг за шагом Джуди и Рональд научились передавать с этими книгами простенькие зашифрованные послания, а в конце концов даже стали отправлять небольшие деньги для поддержки бедствующих семей. А потом Рональд внезапно умер от сердечного приступа. И тогда Джуди с друзьями создала при своей синагоге фонд его памяти, собирающий пожертвования для поддержки сирийского проекта.

***

Два года спустя, в 1975 году, к Джуди обратилась женщина. Она тоже была канадской еврейкой, но родилась в Алеппо. Незадолго до этого она побывала там у своего брата, даже была арестована, но сумела откупиться.

«Она привезла мне спрятанное в нижнем белье письмо, – вспоминала впоследствии Джуди, – оно выглядело точь-в-точь, как письмо времён Холокоста». Сообщение было подписано тремя раввинами из Алеппо. «Наши дети – это ваши дети, – умоляли они, – вытащите нас отсюда!»

Ещё через два года Джуди представилась возможность провести свою первую операцию. К этому времени она повторно вышла замуж, став Джуди Фельд-Карр. Её муж Дональд был преуспевающим адвокатом и одним из лидеров еврейской общины. Первым спасённым ими человеком стал тяжело больной раком пожилой раввин из Алеппо. Это был банальный выкуп. Дело осложнялось тем, что у Канады не было в Сирии даже своего дипломатического представительства. Тем не менее Джуди по телефону сумела договориться с нужным чиновником и получить необходимые бумаги, позволившие раввину выехать из Сирии и прилететь в Торонто.

«В те дни, я ещё не понимала, что делаю, – рассказывала потом Джуди. – Тому, кто сказал бы мне, что я в будущем займусь спасательными миссиями, я бы ответила, что он безумец, ведь я музыковед, а не спасатель». Вызволенный из Сирии раввин оказался тяжело болен, и дело было не только в раке. Он рассказывал страшные вещи – как его дети пытались бежать в Израиль и были пойманы, как он сам был арестован и провёл некоторое время в тюрьме, где подвергался пыткам. По его просьбе Джуди отвезла его в Израиль, где он скончался. За день до смерти он стал умолять её вызволить из Сирии старшую из оставшихся там дочерей. Джуди пообещала, поскольку не видела возможности отказать человеку, пережившему столько страданий. При этом она даже не представляла себе, как ей удастся выполнить последнюю просьбу умирающего. Но она смогла. И вскоре 19-летняя девушка уже оказалась у своих родственников в Израиле.

Так началась эпопея, продолжавшаяся ещё четверть века. Финансируемая тайными пожертвованиями канадских евреев, секретная операция стала разрастаться по мере того, как имя удивительной спасительницы «миссис Джуди» или «женщины из Канады» распространялось среди сирийских евреев. Для них она была просто голосом по телефону. Голосом, которому они должны были полностью доверить свою жизнь.

Джуди никогда не инициировала побег сама. Тот, кто хотел, должен был найти возможность связаться с ней, после чего она принималась разрабатывать очередную комбинацию. Каждый раз это был новый вариант, отличающийся от предыдущего. Но, по сути, ключом всегда были деньги, всё сводилось к взяткам. «Я покупала людей, как скот, – делится воспоминаниям Джуди, – это ужасно, но другого выхода просто не было». Постепенно Джуди научилась общаться с сирийскими чиновниками и даже агентами службы безопасности. К слову сказать, все переговоры происходили по телефону – в Сирии Джуди так никогда и не была. «Всё время, пока я занималась этим, все постоянно грозились меня убить», – признаётся она. Джуди пришлось освоить и азы конспирации. Её кодовым именем стало слово «Джинн».

Вскоре канадская преподавательница музыки и мать шестерых детей уже умела торговаться с ловкостью ближневосточного продавца. Старики стоили дешевле молодых, девочки – дешевле мальчиков. Отдельный прейскурант был для беременных. Чиновники, как правило, не позволяли бежать всей семье сразу. Джуди устанавливала график очередности для каждого. Человек за человеком, семья за семьёй.

В каждом случае, помимо взяток, сирийцы требовали обоснование для предоставления разрешения на выезд. Джуди была весьма изобретательна. Пожилых людей отправляли «на лечение», а других под предлогом ухода за «больным» родственником. Иные выезжали «по делам бизнеса», а некоторые «навестить родственников», успевших покинуть Сирию до того, как после 50-х выезд евреев из Сирии был запрещён. Официально каждый выезжающий за границу еврей оставлял в качестве гарантии своего возвращения денежный залог. Власти брали эту взятку, прекрасно понимая, что никто уже никогда не вернётся. Кроме того, они предупреждали тех, кто уезжал, что любой контакт с Израилем будет означать жестокое наказание для оставшихся в Сирии членов их семей. Поэтому большинство, добравшись до Нью-Йорка, оседало там – по крайней мере, на некоторое время, маскируя таким образом свою репатриацию.

Роль израильских спецслужб во всей этой истории не рассекречена до сих пор. Очевидно, что к этому времени они тоже имели отношение к операции, убедившись в выдающихся способностях Джуди Фельд-Карр. При этом ясно, что сирийским взяточникам было куда спокойнее и безопаснее договариваться с дамой из еврейской общины в Канаде, нежели с сотрудниками «Моссада».

Иногда, если человек или вся семья оказывались по тем или иным причинам не в ладах с властями, необходимо было вывезти их срочно и к тому же совершенно нелегально, поскольку в таком случае никакие взятки уже не могли помочь получить выездную визу. Так Джуди познакомилась и с сумрачным миром контрабандистов. Цены и риски там были ещё выше. Но порой только так и удавалось переправить людей через хорошо охраняемую сирийскую границу с Турцией, откуда до Израиля добраться было уже гораздо проще.

Пожалуй, самое удивительное заключается в том, что на протяжении всего этого времени сложнейшую операцию, требовавшую немалых средств, поступавших в виде частных пожертвований от многих людей, удавалось хранить в строжайшей тайне. Наконец к середине 90-х годов под давлением американской администрации сирийские власти официально отменили запрет на выезд евреев из страны. Тем не менее чиновники по-прежнему продолжали требовать немалые взятки за выездные визы. Понимая, что распахнувшиеся двери Сирии могут захлопнуться в любой момент, Джуди бросила все свои силы на организацию выезда для оставшихся евреев.

К 2001 году, когда она закончила свою деятельность, в Сирии, по её оценкам, оставалось около трёх десятков евреев, не желавших покидать страну. За 29 лет своей работы она сумела вывезти из этой страны 3228 человек. Сегодня, считает Джуди Фельд-Карр, в Сирии остаётся не больше 16 пожилых евреев. «Страшно даже подумать, что было бы сейчас в Сирии со всеми этими евреями, если бы они не смогли вовремя спастись».

В 2012 году Джуди Фельд-Карр, ставшая к тому времени бабушкой 13 внуков, была награждена Президентской медалью – за выдающуюся работу на благо Государства Израиль и всего человечества.

Александр Непомнящий