Для понимания нынешней политики важно понимать изменение общей геополитической механики.
Мы давно не живем в мире «моноправды» или «победившей правды».
Транзитом пройден и трек постправды.
Сейчас мы находимся в начале эпохи мультиправды. Что это означает?
Происходит «конкуренция правд» в рамках общей теории «геополитических игр».
Как известно, одна из ведущих подотраслей экономической науки сейчас – это поведенческая экономика или бихевиоризм.
Такие ученые как Ричард Талер, Канемам, Акерлоф за свои работы по поведенческой экономике получили нобелевские премии.
Но политика – это квинтэссенция экономики и рано или поздно теория игр должна была стать доминирующей и в геополитических моделях, особенно в рамках развития расширенного формата информационного общества.
То есть больше нет носителей правды как истины в последней инстанции.
Больше нет статичных и костных моделей универсальной правды.
Более того, отсутствует и пластичная обработка постправды перед массовым употреблением оной широкими слоями общества (фастфуд правды).
По сути, ключевые игроки новых «голодных игр» запускают несколько вариантов «правды» (мультимир правд) и начинают мир-системную конкуренцию между этими видами «правды» для выявления более жизнеспособной на данный момент.
Это ключевое открытие дня нынешнего: «правда», как общественный продукт, формируется отныне как результат открытой конкуренции в системе мультимира потенциально возможных вариантов.
То есть правда становится результатом не «застывшего слепка» реальности, а результатом конкуренции различных вариантов «правды», когда побеждает исключительно «сильнейшая правда».
Правда – как результат естественного отбора.
А естественный отбор как основной механизм глобальной эволюции любой мир-системы.
Когда Трамп говорит о «приближении мира в Украине» или «об отдалении мира», о том, что «мир созрел» или «участникам нужно дать возможность повоевать», он не лукавит.
Он просто формирует мультимир мультиправд и формирует конкуренцию между ними.
Точно также, когда речь идет о Гренландии, ее «захвате», «покупке», «о принуждении ее передачи с помощью тарифов» и так далее – это тоже конкуренция «мультиправд».
И Трамп искренне не знает, какая из этих правд сейчас победит в результате «естественного отбора».
Бесполезно убеждать Трампа в «правдивости» своей «правды».
Нужно просто доказать ее большую эффективность.
Но как это сделать? Победить в конкуренции с другими «правдами».
Почему Трам говорит, что «Америке не угрожают ни РФ, ни Китай, но зато «угрожает» ООН и НАТО»?
Потому что это бунт сторонника глобальной эволюции и естественного отбора против мира «завершенной эволюции» и «искусственного блокирования естественного отбора».
Это такой же жестокий бунт, как и восстание предпринимателя – либертарианца против надстройки «большого социального государства», которое мешает «падающему падать».
В понимании Трампа, ООН и НАТО как устаревшие структуры мира «победившей правды» мешают «победителю диктовать свои условия» и искусственно спасают «проигравшего», не давая ему погибнуть, то есть являются неким аналогом современных медицинских технологий, спасающих слабых детей и дающих им шанс на жизнь (которого в природной эволюционной системе у них бы не было).
То есть Трамп выступает за возврат к механизму естественного «геополитического отбора» как к ключевому инструменту эволюционного механизма.
Трамп создает конкуренцию «мультиправд» в отношении Венесуэлы, Ирана, Гренландии, Украины и «подхватывает» победивший вариант, не зная наперед, какая из моделей в универсуме мультиправд победит.
Это же и объясняет, почему Трамп «не видит угрозы» со стороны Китая или РФ.
Он просто хорошо понимает, что победить в конкуренции с этими игроками можно лишь за счет естественного отбора, то есть это будет исключительно эволюционная победа, когда в мире мультиправд побеждает именно твоя модель «правды».
При этом, ни ООН, ни НАТО не обеспечат эволюционную победу США, более того, наличие таких «блокираторов» естественного отбора (когда сильные не пожирают слабых, а предоставляют им пятую статью коллективной безопасности), лишь маскирует эволюционное ослабление «больших игроков», переходящее в деградацию.
В этом плане, Трамп в геополитике – это как Джон Нэш в математике, который разработал концепцию Равновесия Нэша.
В рамках которой, ни один игрок не может улучшить свой результат, изменив свою стратегию, если остальные игроки остаются при своих решениях.
За это Нэш получил Нобелевскую премию по экономике в 1994 году.
То есть мир мультиправд – это запуск стратегии, при которой остальные игроки меняют свои решения и твоя модель получает шанс на победу.
Эта концепция показывает, что сотрудничество может привести к лучшим результатам, чем игра в одиночку («Дилемма заключенного»), но это сотрудничество уже иного типа, когда участники глобальной конкуренции взаимодействуют как лев взаимодействует с зеброй, зебра – с травой, умерший лев – с землей и земля с травой.
Так свершается «великий круг жизни».
По сути, это переход к «некооперативным играм» в геополитике, где ключевые игроки уже не заключают обязательные соглашения и действуют исключительно в своих личных интересах.
Трамп и ведет такую «некооперативную игру» с ЕС, Китаем и РФ.
Да, это приведет к субоптимальному решению, но зато избавит и от зависимости от чужих решений, которые искажают принцип естественного отбора и эволюции в качестве ключевой модели развития живых организмов.
Это перенос дарвинизма в геополитику, как когда-то либертарианцы вроде Ротбарта перенесли дарвинизм в экономику и социальную сферу.
Трамп – это Мизес, Хайек и Ротбарт в геополитике в одном флаконе: «горе побежденным» и «мир принадлежит победителям».
Это мир естественного отбора победившей правды в универсуме временно проигравших «правд».
