"Как защитить шельф: задачка на десятилетие" - Кирилл Данильченко

"Как защитить шельф: задачка на десятилетие" - Кирилл Данильченко

Во время аннексии Крыма Украина потеряла не только “Черноморскнефтегаз”, 1200 км. газопровода, буровые и 2 млрд. кубов “голубого топлива” в год.

Не только Глебовское подземное хранилище газа с почти миллиардом кубов запасов — на секундочку полугодичное потребление Крыма плюс инфраструктура.

Не только угнанные “вышки Бойко” — “Украина” и “Петр Годованец” ценой в 800 млн. долларов.

Которые захватили десантными командами 104-го полка ВДВ РФ, перегнали поближе к 12-мильной зоне в Крым и 1 февраля 2017 года с них обстреляли украинский АН-26.

Киев потерял большую часть прибрежной территории с разведанными запасами.

До вторжения России под нашим контролем было 130.000 квадратных километров шельфа.

На сегодня в северо-западной части Черного и на Азовском морях мы контролируем едва 40.000.

Это огромные потери. 90.000 квадратных километров по площади страна размера Венгрии. Общие запасы по всей протяженности украинского шельфа — до 2 трлн. кубометров только газа.

Это два поколения жизни нынешнего потребления страны.

Большая часть этих запасов на сегодня в руках Москвы.

Кроме того — инфраструктура. Газопровод с Одесского месторождения был подключен к системе Крыма — ПГХ и сеть трубопроводов были развиты в регионе больше чем под Одессой, тянуть туда ветку было ближе, полуостров углеводородами себя не обеспечивал.

И путинский режим уже после аннексии незаконно добыл из нашего месторождения в море под 3 млрд. кубометров “голубого топлива”, а в районе патрулируют суда ФСБ.

А еще вся перевалка портов с полуострова — они обеспечивали 10% объема от украинских перевозок. Металл, зерновые, масла, руда — основа нашего экспорта. На полтора миллиарда долларов объектов энергетики, СЭС и инфраструктуры Крымэнерго.

В общем, убытки от вторжения огромны.

Но даже то что осталось под нашим контролем по прежнему интересно в плане инвестиций. Как не рассказывай об окончании эры углеводородов и зеленой энергетике, но пришли аномальные холода зимой 2021 года и здравствуй газ 286 долларов за 1000 кубов.

Преодолеваем ценовые максимумы с 2018 года и рекордные отборы из хранилищ, Хорошо, что мы вошли в эту зиму с рекордными объемами в ПГХ, которые остались там после “войны за вентиль” и закупок на низкой цене из-за ковид.

Поэтому участок западнее Голицынского и Штормового месторождений,оставшийся под контролем Украины, в принципе интересен инвесторам. Несмотря на геополитические риски и значительные инвестиции в капитальную инфраструктуру. Он называется “Дельфин”, размером чуть не дотягивает до площади Ливана и выставлялся на торги с 2018 года.

Но контролирует ли его Киев де факто? Может ли обеспечить непрерывный экспорт своего АПК морем? Который, кстати, 3 год подряд бьет исторический рекорд, и в 2020 году достиг 23.39 млрд. долларов. Способен ли импортировать уголь и углеводороды морем в случае необходимости?

Что у нас на сегодня есть противопоставить 700-тонным с кораблям ФСБ, с шестиствольными 30-мм орудиями, носителям вертолетов — тем же ПСКР “”Изумруд”, “Проворный” и “Аметист”? Даже если дойдет дело до толкания, навалов или высадки призовых команд как во время Керченского кризиса?

А у россиян еще стоят 300-тонные “Светляки” — тоже относительно неплохо вооруженные сторожевые суда. Не так давно осенью 2020 они получили новый корабль этого класса — “Балаклава”. Сторожевику не скрывая ставят задачи — охранять буровые, в том числе и отжатые. И это только Береговая охрана ФСБ. Которая может перебросить в регион суда из ЮФО, благо у них 2200 миль хода в запасе.

То есть, у Кремля в регионе два десятка достаточно крупных сторожевых судов — в 350-700 тонн. Против которых у нас в Морской охране старички “Грифы” и “Тарантулы”, почти все прошедшие капитальный ремонт, гораздо более скромного водоизмещения и на грани ресурса. Ситуация изменится не скоро — для французских катеров от OCEA для Украины неделю назад собрали только первый корпус. До их операционной готовности 4-5 лет.

При этом любая проекция силы на Одесском месторождении или на маршрутах следования в Южный будет проходить в зоне действия Су-24М с крымских аэродромов.

Если начнется именно боевая работа то дальше в дело вступит ЧФ РФ, с 6 подводными лодками “Варшавянка”, 3 фрегатами второго ранга “Буревестник”, 3 малыми ракетными катерами “Буян” и 3 патрульными судами проекта 22160.

15 носителей крылатых ракет.

И в ближайшие годы будут спускаться на воду новые. Хотя бы закончат рано или поздно те же многострадальные “Каракурты” и родят серию патрульных. Да и если нужно, задействуют корабли Каспийской флотилии как в Сирии. Да их суммарный залп будет все-равно не намного больше всего 1 эсминца “Арли Берк”. Но Украина далеко не США. А на полсотни ракет ответить пока нечем.

У своего побережья мы можем пытаться сковывать десантные возможности противника при помощи реактивной артиллерии береговой обороны, постановки мин и авиации под зонтиком ПВО. В крайнем случае расчехляем “Смерчи” и “Точки”.

А вот уже в нашей исключительной экономической зоне в районе шельфа любое силовое противостояние — пока без вариантов.

Для навала и тарана у нас нет крупных патрульных и сторожевых судов; будущие турецкие корветы MILGEM пока только меморандум и отдаленные планы; первый дивизион ПКР “Нептун” хорошо если будет сдан в 2022 году и спустя учебный год встанет на боевое дежурство.

Да, пока россияне умылись с планами блокировать перевалку Мариупольского порта ибо ресурс у кораблей ФСБ не резиновый. И обе стороны прекратили арестовывать суда друг друга в море.

Но в любой спорной ситуации когда будет угроза эскалации на море — у РФ подавляющее преимущество. В ближайшие 10 лет, мы можем сократить его, но полностью нивелировать нет.

У ВМСУ нет современных тральщиков с дистанционным минированием, нет носителей УРО, нет 60-метровых 700-тонных кораблей береговой охраны.

Если кремлевский режим захочет высадиться на стационарную или самоходную буровую платформу — будет в состоянии. Если захочет остановить торговое судно в открытом море — остановит. Захочет блокировать наши сухогрузы с зерном или удобрениями — сделает это. А суды и обеспокоенность уже будут потом.

Поэтому состоянием на 2021 год Украина находится в точке, когда нам необходимо разрабатывать шельф, из-за того же прошлогоднего падения добычи на 2%. Необходимо наращивать перевалку зерна и масла, после того как начнется восстановление после ковид. Использовать самые высокие цены на продовольствие со времен 2012 года.

Но геополитическая и военная ситуация не способствуют этому.

Примеров применения силы Кремлем (хоть Керченский кризис, хоть обстрел АН-26, хоть угон платформ, хоть регулярный досмотр) в Причерноморье достаточно.

Для Украины, критически зависящей от добычи газа, экспорта зерновых и импорта удобрений угроза с моря более чем реальна. И на эти вызовы нужно искать ответы в самое ближайшее время.

Выходом может стать концессия, допуск крупных игроков из США и ЕС или патрулирование западной части Черного моря судами НАТО. И судя по слухам ситуация на украинском шельфе вскоре поменяется к лучшему.

А речь Байдена о том, что — “Соединенные Штаты не признают и никогда не признают аннексию полуострова, и мы будем вместе с Украиной противостоять агрессивным действиям России” это не просто дежурные слова к годовщине аннексии.

Кирилл Данильченко

Loading...