"Кто не спрятался..." - Татьяна Худякова

"Кто не спрятался..." - Татьяна Худякова

Персонажи вымышленные, любые совпадения случайны, буков дохрена, дякую, дуже дякую.

Глубокий вечер. Спальня. Золоченые купидоны, постельное белье с тиграми, балдахин, фумигатор.
На огромной кровати в беспокойном сне мечется Ленка в шелковой пижамке и с бигудёй на челочке.
Ей снится страшный сон.
Один и тот же, всё время, с весны.
Она стоит на краю ковровой красной дорожки, за ограждением фотографы, пресса, новый истеблишмент в люрексе и соболях.
Ленке страшно. Она одета в описюнительную двойку цвета возбужденного лосося от GUSSI, но ощущает себя совершенно голой в прицеле этих неодобрительных взглядов. Облупился лак на большом пальце ноги. Сбилась прическа, потекла тушь, размазалась помада. Объективы фотокамер словно дула пулеметов-безжалостны, и завтра во всех фейсбуках страны новые пикчи и мемчики. Где Ленка с большим пальцем и в лососе, а рядом- вон та сучка, предыдущая, у которой никогда не текла тушь.
И коменты…тысячи сраных коментов…
Ленка мечется, иногда тонко вскрикивает, отрывая от ужина комара, который плевать хотел на фумигатор и чины.

Володе тоже не спится. Его мучает изжога, снова и снова напоминая о необходимости сменить шаурмяушную.
На листочке написаны в столбик злоебучие фамилии всяких шведов и англичан, политиков и бизнесменов, которые нужно выучить до завтра, чтоб внятно произносить их.

Телефон вдруг спел голосом Тани Либерман «Пупсик! Мой милый пупсик!».
Вова вздрогнул. "Надо сменить оповещалку для мессенджеров" - подумал он.
С той стороны эфира шалил неугомонный Богдан:
- Дуй к нам! Туса в разгаре. Лизон залезла на пилон. Лол.
….
- Бобёр жжет!
….
- Лизон погнул пилон. Лол, кек
…..
- и погрыз.

Накопленное раздражение обрело форму.
Этот жизнерадостный карапуз-адвокат иногда делается невыносимым. Зачем он лазил под столом руками, когда мы сидели рядом? Что за подстава!
Еще весь вечер наяривал этот…как его…чувак из НАБУ. Матюкался. Что-то там по жижитализацию было, про жопу и про засунуть. Никакой субординации.
Бухать нельзя, кокс нельзя, жаловаться тоже нельзя. Назачем такая жизнь?

Бабушка Беня должна позвонить, не пропустить бы. В последний раз, когда бабушка не сумела дозвониться с первого раза, разговор получился несколько двусмысленным и неприятным.
И неуважительным, что больно ранило тонкую, артистичную натуру Володи, измученную произрастанием на пролетарских окраинах и блогерами.
Вечер испортился окончательно.
Ворочался комар, пищала Ленка, фамилии влазили в голову какими-то странными буквосочетаниями и напрашивались на каламбур в привычном стиле «Трамп-хуямп» и «Меркель-шмеркель».

Позвонил телефон, Вова нервно облизнулся и снял трубку.
- Здаров, пацан. Шо по чем? Не кашляешь? В шапке? Ну не суть. Смари какое дело. Витя из Ростова вертается. Надо встретить. Поляна, техподдержка, жижита…ёпта…ну кароч ютуб, твиттер, Мосийчук и вот это всё. Смекнул?
- Как Витя? Как из Ростова?.....- охуел Володя.
- Как, как, не какай тут! Всё, чмоки, выдыхай.

Монитор потух.
- Ленка! Лен!- позвал Вова.
- Что случилось?- подскочила сонная жена в немножко съехавшей набок бигудюшке.
- Витя возвращается в Киев…И зима близко.
- О господи…- прошептала Ленка, - какая ужасная примета…Неужели снова Майд…- и резко осеклась.
- Цыц! Не каркай! Дура!
- Прости…Не подумала…
Вова приобнял испуганную жену за плечи, сделал мужественное лицо и решительно вытер около носа:
- Ну не сцы. Не надо. У нас такая поддержка в народе.
- Счета за отопление уже придут…И за свет. И педагогов кинули. И ФОПы эти еще…АТОшники…-запричитала Ленка

Повисла долгая пауза. В тишине снова забеспокоился антифумигаторный комар.
Продолжали приходить сообщения от Богдана и фотки красивого бобра на пилоне.


- Лен, а у нас родня в Ростове есть?- неожиданно спросил Вова.

Татьяна Худякова


Loading...
Loading...