«Неединая Россия-42. Возраст недожития» - Игорь Яковенко

«Неединая Россия-42. Возраст недожития» - Игорь Яковенко

В отмеченных желтым регионах продолжительность жизни ниже нового пенсионного возраста

Почему чиновники радуются повышению пенсионного возраста, а население недовольно

Удивительно, насколько по-разному одни и те же вещи воспринимаются, если смотреть на них с улицы или из начальственного кабинета. Как только появилось известие о решении правительства повысить пенсионный возраст, граждане России, то есть те, у кого взгляд «с улицы» немедленно собрали свыше миллиона подписей против этого решения, а опрос, проведенный социологами «Ромир», показал, что 92 процента россиян с этим решением не согласны. Более того, россияне считают, что пенсионный возраст надо не повышать, а немножко снизить: до 59 лет для мужчин и до 54 лет для женщин.

Из начальственных кабинетов все совсем по-другому. «Мы чувствуем себя сейчас в 60 лет, как наши родители чувствовали себя в 50», - поделился своими ощущениями Алексей Кудрин. Вполне возможно, что Алексей Леонидович говорит правду. Просто недоговаривает. О том, что он сам половину из своих 57 прожитых лет провел в комфортабельных кабинетах власти, к которым прилагались и прилагаются спецполиклиники и спецбольницы. А его отец, военный шифровальльщик Леонид Кудрин и его мама – латышка Зинта Миллере, депортированная в 1941 году в Сибирь, жили в несколько иных условиях.

Из телевизора не вылезают 60-летние бодрячки, жизнерадостно голосящие про то, как им «чертовски хочется работать». Напомню, что автор этой крылатой фразы, Егор Кузьмич Лигачев, произнес ее в 1990, когда ему стукнуло 70. То, что чиновник, как правило, предпочитает переезд из кабинета на кладбище, а не на пенсию, это не новость. Телевизор не спрашивает грузчиков, работников вредных производств, готовы ли они  таскать тяжести и дышать всякой дрянью еще пять лет. И проживут ли они эти пять лет, если речь идет о мужчинах, и восемь лет, если речь идет не о женщине-депутате, а, например, о санитарке, уборщице или медсестре.

Решение о повышении пенсионного возраста принимается в Москве, где продолжительность жизни мужчин – около 73 лет, а женщин 80,3 года. В 48 регионах России – более чем в половине -  средняя продолжительность жизни мужчин меньше 65 лет. Житель Республики Тыва умирает в 58 лет, Чукотки и Еврейской АО – в 59 лет, до 61 года живут мужики в Забайкальском крае, Амурской и Иркутской областях. Средняя продолжительность жизни мужчин в Дальневосточном федеральном округе – 63,3 года, в Сибири – 63,6, в Приволжском федеральном округе – 64,8, в Уральском – 64,5 лет. Доживут до нового пенсионного возраста мужчины Северо-Кавказского ФО, где средняя продолжительность жизни мужчин составляет 70,4 года, Центрального ФО – 67,5 лет и Северо-Западного ФО- 66,3.

Регионы России по многим показателям отличаются друг от друга больше, чем, например, страны Европы. При этом Россия – никакая не федерация, а унитарное государство с диктаторской формой правления и марионеточными руководителями регионов. Идея, что решение, кое-как терпимое для Москвы, в других регионах делает жизнь невыносимой, в головы чиновников, втиснутых в вертикаль власти, прийти не может. В мире есть страны, в которых степень разнообразия регионов сравнима с российской. Например, Индия. В этой стране накопительные пенсионные фонды не централизованы, ими управляют власти штатов. В силу различия в уровне зарплат в разных индийских штатах, уровень пенсий здесь тоже разный, как и пенсионный возраст.

«Правительство на другой планете живет, родной!» - эта фраза из фильма «Кин-дза-дза» становится все более актуальной для России по мере укрепления диктатуры и унитаризма.

Блог Игоря Яковенко