Олег Даль: Я артист инородный

Олег Даль: Я артист инородный

Однажды на творческом вечере в Доме культуры одного из провинциальных городов ведущий оговорился и объявил Олега Даля народным артистом. Даль вышел на сцену, улыбнулся и сказал: «Я вообще-то не народный артист. У меня нет званий. Я, скорее, артист инородный». Зал зааплодировал. А начальство из Министерства культуры решило больше творческих вечеров Далю не устраивать: вдруг ляпнет еще что-нибудь в таком же роде — он может. Наград и званий у актера не было именно потому, что он не шел на компромисс с совестью и конъюнктурных ролей не играл принципиально.

Его называли "даленком", мальчиком из Освенцима, плохим хорошим человеком. Он чувствовал себя бездомным бродягой, даже когда рядом были женщины - Нина Дорошина, Татьяна Лаврова, Елизавета Эйхенбаум. Щедро терял выигрышные роли. Был безумно добрым, обожал животных, собирал игрушечных бегемотиков, что не мешало ему пускаться в страшные запои, мотать нервы этим самым домашним, менять театры как перчатки, быть на ножах с режиссерами и партнерами.

Меньше чем за месяц до начала Великой Отечественной войны, 25 мая 1941 года, в семье железнодорожного инженера Ивана Зиновьевича Даля и учительницы Павлы Петровны родился второй ребенок — будущая знаменитость актер Олег Даль. Олег рос обыкновенным мальчишкой, гонял с друзьями в футбол, участвовал в драках «двор на двор», носил иногда домой пятерки. Учился он ровно, но особенно любил литературу, а в лермонтовского Печорина был влюблен и хотел ему подражать.

Олег к окончанию десятилетки  решил стать военным летчиком. Но на медицинской комиссии при поступлении в летное училище выяснилось, что по состоянию здоровья — что-то с сердцем — Олег не проходит и летчиком ему не быть. Кем же тогда быть? Решение, которое неожиданно пришло, очень ему понравилось, но дома выбор Олега никто не понял и не поддержал. Актер — разве это профессия?  Олег не мог им объяснить, что и в военные он собирался, чтобы приблизиться к своему литературному кумиру, Печорину, который был офицером. И в актеры захотел пойти, чтобы сыграть когда-нибудь своего героя в кино или в театре.

Студенческая юность Олега Даля совпала с периодом «оттепели». После разоблачения культа личности Сталина на XX съезде КПСС наступил короткий период очеловечивания коммунистической власти. Открылись новые журналы, появились новые имена в литературе. После учебы Олег получил приглашение в театр «Современник».  Зрители с ночи занимали очередь в кассу за билетом. Но к тому времени, когда пришел Олег, «Современник» уже начал несколько «костенеть». Несмотря на то, что на показе Даль произвел фурор, коллеги-актеры долго аплодировали ему, поступив в труппу театра, Олег главных ролей не получал. Он этого и не замечал — влюбился. Избранницей его стала ведущая актриса театра «Современник» Нина Дорошина.

Она была старше его на семь лет. Но, главное, он не знал или не придал значения тому, что Нина давно и безнадежно любит художественного руководителя театра Олега Ефремова, который замуж ее не звал. Нина решила выбить эту любовь клином и приняла предложение Олега Даля. На свадьбе гулял весь «Современник». Пришел и Ефремов и сорвал торжество, заявив, что невеста любит его, а не жениха. Как вспоминал Михаил Козаков, все — и родные и друзья — были в шоке. Даль сбежал с собственной свадьбы и ушел в запой. Это был его первый нервный срыв. Его всюду искали и не могли найти. Когда буря в его душе улеглась, он развелся с Ниной. Второй его женой стала звезда советского экрана Татьяна Лаврова. Еще за год до появления Даля в «Современнике» Таня прогремела в фильме «Девять дней одного года».  Этот брак у Олега не сложился, потому что своенравная, со сложным характером Татьяна не смогла быть ведомой таким же сильным и непростым человеком. каким был Даль. Даже маленький эпизод в загсе уже должен был бы ее насторожить, когда она, на секунду задумавшись, какую фамилию взять, вдруг перехватила строгий и требовательный взгляд Олега и, дрогнув, к своей фамилии Лаврова приписала через черточку — Даль. Но Лаврова-Даль из нее не получилась. Через полтора года Олег и Татьяна разошлись.

Фильм «Женя, Женечка и «катюша», безусловно, стал бы визитной карточкой артиста Даля, но начальство запретило показ картины широким экраном и даже отменило премьеру в Доме кино — Булат Окуджава хлопотал, чтобы разрешили показ в Доме литераторов. Фильм год не выходил на экраны, потом было сделано малое количество копий и его пустили «по закрайкам», в провинции. А в следующем, 1967 году, к Олегу Далю пришла всесоюзная слава. Он сыграл летчика в фильме «Хроника пикирующего бомбардировщика» и стал не просто знаменит — знаменит он уже был, а кумиром публики. Известность свою Даль выносил с трудом. Не любил поклонения, не любил, чтобы девицы бросались ему навстречу с радостными воплями и признаниями в любви. На улице всегда маскировался кепкой, поднимал воротник пиджака и старался «проскочить незамеченным». Однажды в Ялте на набережной, испугавшись поклонниц, даже бросился в море прямо в одежде и выплыл только возле гостиницы.

На съемках «Короля Лира» Олег встретил женщину своей судьбы — Лизу Апраксину, работавшую у Козинцева монтажером. Отец Лизы погиб в блокаду, и воспитывал ее дед, известный ученый-филолог Борис Эйхенбаум, в конце сороковых попавший под сталинский репрессивный каток «за формализм в науке и космополитизм».  Когда она встретила Олега Даля, ей было уже 32, и за ней ухаживал женатый писатель Сергей Довлатов. Олег пришел в монтажную посмотреть отснятый материал. Посмотрел, сухо поблагодарил Лизу и ушел. А рано утром в дверь ее гостиничного номера громко постучали. На пороге стоял милиционер: «Вы Елизавета Апраксина? Пройдемте в отделение». Лиза опешила. Выглянула в окно, а там милицейская машина, и, прислонившись к капоту, стоял Даль и смеялся. Оказывается, он «гулял» ночью, его забрали в отделение, но по дороге он уговорил милиционеров заехать еще за Лизой, забрать и ее. На следующий день Олег пришел к ней с извинениями и букетом роз.

Когда в 1978 году семья отпраздновала новоселье, обменяв свою «хрущевку» и мамину квартиру в Люблино на просторную трехкомнатную в центре Москвы, Олег не мог сдержать восторга: «Это не квартира, это — сон!» Радовался как ребенок, что теперь уже никто не будет ночью, пробираясь в туалет, спотыкаться о его длинные ноги, свисавшие с раскладушки. Мама поселилась с ним. Все три женщины были на его попечении. Олег не хотел, чтобы Лиза работала: «Твои сто рублей я заработаю». Он хотел, чтобы жена сопровождала его в киноэкспедициях и на гастролях, а когда он в Москве, чтобы ждала дома с горячим ужином в чистой уютной квартире. Чистюля Даль был необыкновенный. Придя домой, первым делом приводил в порядок обувь.

Внезапная смерть Владимира Высоцкого 25 июля 1980 года выбила Олега из колеи. Месяца за два до этого он был у Высоцкого дома. Разговаривали, Олег слушал его новые песни. Высоцкий был для Олега не просто другом, он был как бы нравственным камертоном, по нему Олег выверял свои чувства, мысли, поступки. На похоронах собралось множество народа. Олег был очень серьезен и ни с кем не разговаривал. А когда вышли покурить втроем — Алла Покровская, Олег и Таня Лаврова — он вдруг, нервно рассмеявшись, сказал: «А следующим буду я».

Даль тогда поступил в Малый театр. Но признавался самому себе в дневнике, что ему там скучно, что нет там брожения чувств и что ему не интересно больше ни сниматься, ни играть на сцене. Правда, предложение кинорежиссера Леонида Марягина сняться в фильме «Незваный друг» принял. Приехал на переговоры, допросил режиссера с пристрастием, про что фильм и как тот видит его героя, ученого, который не способен приспосабливаться и устраиваться в жизни, и с ходу сыграл сцену. А потом сказал: «Только боюсь, меня вам не утвердят». И действительно, завотделом кино Гуревич и слышать не хотел о Дале. Олег поехал к нему сам и нарвался на хамство.

Гуревич объявил артисту, что он «никто», звать его «никак», и что у него «одна только фанаберия». Олег вернулся домой в невменяемом состоянии и никак не мог успокоиться, весь вечер писал Гуревичу ответное письмо. Писал и рвал, писал и рвал. После такого стресса он как-то сразу сдал. Марягин все-таки Даля отстоял, и съемки начались. Наталья Белохвостикова, снимавшаяся в главной женской роли, видела, что Даль, с которым у нее было много общих сцен, на себя не похож, «как в воду опущенный». И однажды дома она сказала об этом мужу, кинорежиссеру Владимиру Наумову. Тот нашел выход, как «оживить» Даля, и позвал Олега во ВГИК преподавать актерское мастерство. Олег охотно согласился, студенты его полюбили. В феврале 1981 года Олега пригласили в Киев сниматься в лирической комедии «Яблоко на ладони». 1 марта Олег поехал на съемки. Студенты ждали его возвращения с нетерпением: он должен был через несколько дней прийти к ним на показ. Но в назначенный день его не было. И никто ничего не знал. А потом студентам сказали: «Не ждите. Даля больше нет…» Он умер 3 марта у себя в гостиничном номере. Накануне, возвращаясь со съемок, вышел из автобуса и всем сказал: «Прощайте!»

Источник



Loading...
Loading...
/*]]>*/