Последняя ночь политика Никиты Исаева

Последняя ночь политика Никиты Исаева

Ночью 16 ноября в поезде Тамбов – Москва скончался Никита Исаев, лидер движения «Новая Россия», директор Института актуальной экономики. Не так давно глава партии «Справедливая Россия» Сергей Миронов назначил его советником по региональному развитию.

Исаеву исполнился 41 год. Он занимался спортом, играл в футбол и большой теннис, был КМС по футболу. О последней ночи своего коллеги и возлюбленного в интервью «Голосу Америки» рассказала политтехнолог «Новой России» Алина Жестовская. В ту ночь они ехали в Москву вместе.

«В Тамбов мы поехали смотреть потенциальных кандидатов в партию “Справедливая Россия”, – объясняет Жестовская. – Мы должны были заняться реформированием региональных ячеек эсэров и подготовкой их к выборам 2020 и 2021 года. Плюс мы встречались с людьми, которые выходили на митинг против строительства мусорного полигона в Дмитриевке. Ездили на этот полигон, встречались с обманутыми дольщиками, со студентами. Это все готовила новая ячейка “Новой России” в Тамбове. Обычный насыщенный рабочий визит. В Тамбов мы приехали в полпятого утра, а в 21:20 сели в обратный поезд».

Из вагона Исаев выложил в Instagram и Facebook селфи с подписью: «Тамбов - Москва. С чувством выполненного долга, направляюсь в Москву, оставляя здесь бороться тех кто знает свой регион лучше меня. Я же включаю регион в свои списки наиболее активных оппозиционных групп. 2019-2021 годы на Тамбовщине будут крайне любопытными».


«Он сделал селфи для соцсетей. Причем сначала я его сняла, но ему не понравилось. И он сам со своим фирменным выражением лица сфотографировался. Ночью я проснулась, взяла телефон. На часах было 01:12. Я стала мониторить, кто что написал по Тамбову. Местные губернаторские СМИ поливали нас говном. Потом проснулся Никита, попросил у меня тапочки и пошел в туалет. Его долго не было.

Потом заходит, согнувшись. Я вскочила, подумала почему-то, что в тамбуре его кто-то в живот пырнул. Я к нему подхожу, он говорит: “Отравился, отравился, похоже”. Больше он ничего сказать не смог. У него ноги не держат, глаза закатываются, его всего трясет. Я его пытаюсь посадить на кушетку, чтобы сходить за проводником. А он тяжелее меня. И мы с ним оседаем на пол».

Алина позвала проводника. Та побежала за начальником поезда и полицейским патрулем, а Жестовская вернулась к Никите: «Я на тот момент думала, что он просто сознание потерял. Я щупала пульс, и только потом поняла, что это мой отдается. Говорю проводнику: “Где там скорая? Давайте нас высаживайте”. Проводник говорит: “Если мы сейчас остановим, до нас скорая даже не доедет, мы в лесу”. На ближайшем полустанке не было даже фельдшерско-акушерского пункта. Пришлось ехать до следующей станции – Узуново. Это еще около часа. Мы проезжали Тульскую область, а у меня в Туле много знакомых. Я стала писать им, думала, позвонят в администрацию, что-то сделают. А коллеги мне пишут ни в коем случае не сходить с поезда: “Берите врачей с собой”. Все знают, что такое наша деревенская медицина».

Алина вспоминает, что проверила зрачки, они уже не реагировали, пальцы и губы посинели. Наконец пришла полиция, принесли тонометр, но ни давление, ни пульс уже не прослеживались. Полицейский попытался сделать Никите массаж сердца.

«Мне сказали: “Выйдите”. Я говорю: “Я все понимаю. Никуда я не пойду”. Сначала я думала, что сейчас скорая вколет какой-нибудь адреналин, еще что-нибудь. Уже потом поняла, что в тот момент, когда мы осели на пол – было уже все. Это не тот случай, когда, потеряв сознание, он еще какое-то время просто был без сознания».

Наконец поезд пришел на станцию Узуново. Состав остановился, но Алина вспоминает, что врачей еще долго не было: «Не то, чтобы остановился поезд, и они вбежали. Не было этого. Скорая померила сахар, послушала сердце, но его уже не было. Девушка-фельдшер спрашивает парня-врача: “Все, пишу?”. Я говорю: “Что ребят, все?”. Они: “Ну да. Выйдите, идите в другое купе”. Я опять отказалась. Я боялась, что наделают каких-нибудь фотографий и потом будет полный интернет».

Из поезда Алина позвонила бывшей жене Исаева. В Москву на Павелецкий поезд пришел по расписанию. Когда остальные пассажиры вышли, в вагон вошла опергруппа. СВ осмотрел криминалист.

«Пришли два таджика, которые понесли тело в медпункт. Они принесли только носилки, ни мешка, ничего. Я взяла в вагоне простыню, накрыла его. И мы его понесли. Нас встретил Никитин водитель».

По словам Жестовской, в следующем году Никита Исаев собирался баллотироваться в законодательное собрание одного из регионов, а в 2021 – принять участие в выборах в Госдуму от «Справедливой России». А пока боролся против строительства целлюлозно-бумажного комбината на Рыбинском водохранилище в Вологодской области. 1 декабря митинги против предприятия пройдут в 13 регионах страны.

«Сами мы собирались ехать на митинг в Череповец. Я сегодня думала, что делать дальше с его проектами, – делится Алина Жестовская. – И в итоге написала организаторам митинга в Вологодской области, что хочу туда приехать. Они ответили, что сами не знали, как мне предложить. Там уже практически победа, этот вопрос был снят с рассмотрения правительственной комиссии на старте строительства. Они поняли, что будет второй Шиес, но уже на 13 регионов. Вчера я думала, что с Никитой все закончилось. А потом поняла: он так радовался, что мы додавили этот ЦБК, осталось только официального подтверждения дождаться. Люди же ему верили. Ну как это теперь бросить?».


Loading...
Loading...