В Африке не каждая столица может похвастать таким уровнем развития даже в центре столицы.
Китай реализует в Африке свой вариант неоколониализма.
Я уже писал: хороших "неоколониализмов" не бывает.
Но между видами колониальных политик и практик все же есть существенные отличия.
Можно сравнить Аддис-Абебу со столицей Мали или Нигера.
В Мали Франция добыла за 140 лет колониализма 7000 тонн золото.
Это примерно столько же, как и золотой запас США в размере 8 тыс тонн. Крупнейший в мире.
Франция, кстати, на четвертом месте рейтинга с запасами золота в 2400 тон.
В Нигере Франция добывала уран для своих АЭС.
В ДРК Конго Бельгия добывала кобальт. Сейчас местные ресурсы перехватили США, которые вытесняют из этой страны Китай.
В Эфиопии, которая является "китайским проектом", ситуация кардинально иная.
Эфиопия реализует свой неоимперский проект в локации "африканского рога". Высокие темпы роста. Крупнейшая в Африке гидроэлектростанция на Ниле с символическим названием "Возрождение".
В итоге, Эфиопия, первая страна в Африке после ЮАР с профицитом электроэнергии.
Что мы знаем об этой стране?
Люди старшего поколения наверняка вспомнят «народного героя», который частенько фигурировал в программе «международная панорама» - Менгисту Хаайле Мариама, на поверку оказавшегося палачом собственного народа, развязавшего «красный террор», стоившего стране сотен тысяч жизней и приведший ее к аду гражданской войны.
Любители регги, Боба Марли и читатели поэта Николая Гумилева могут вспомнить и бывшего императора Хайле Селассие I, который был замучен упомянутой выше «менгистой».
Любители природы еще вспомнят о горных обезьянах геладах, которые живут на эфиопских горных плато, питаются травой, перемещаясь на пятой точке и отличаются от других сородичей ярко красным гормональным пятном на груди.
Что касается большинства обывателей, то для них Эфиопия – это вечно голодный край, куда не стоит «ходить гулять маленьким детям». Как в известной сказке про Бармалея.
На самом деле, согласно исследованию Центра глобального развития (США), Эфиопия – это новый «африканский Китай», во всяком случае у этой страны уже сейчас есть все базовые факторы для достижения столь амбициозной цели в ближайшие 5-10 лет.
Если взять десятку стран мира с самыми высокими темпами роста подушевого ВВП и населением свыше 10 млн. человек, за период с 2000-го и до пандеми, то мы увидим, что Китай занимает первое место с показателем в 400%.
В этом почетном списке стран-лидеров роста, Эфиопия занимает третью ступеньку, получив заслуженную «бронзу» - 290%, что неудивительно, учитывая, что данная страна демонстрировала до пандемии динамику увеличения валового продукта на уровне 10% в год.
В то же время, такими же высокими темпами растет и численность населения, которое превысило 100 млн. человек и в ближайшие 30 лет может достигнуть 190 млн.
А в конце 21 века Эфиопия может догнать по численности населения ЕС - данный показатель достигнет 300 млн.
Эфиопия стала одной из быстрорастущих экономик мира, лишь Китай и Мьянма в периоде 2000 - 2020 годов развивались быстрее Эфиопии (по показателю ВВП на душу населения).
Сегодня в Эфиопии реализуется комплексный план по структурной перестройке экономики, который предполагает, что страна станет производственным центром Африки в таких кластерах как текстильная, кожевенная, пищевая промышленность, фармацевтика, энергетика.
Условия роста Эфиопии:
- прямые иностранные инвестиции в размере более 10 млрд. дол. в год, в том числе колоссальный китайский инвестиционный портфель.
- В рамках проекта «Пояс и путь» Китай профинансировал строительство электрифицированной железной дороги, протяженностью 700 километров из Эфиопии в порт Джибути.
И если ранее, последняя частенько шантажировала эфиопов отсекая их от морских логистических маршрутов, в том числе с помощью высоких пошли, то в настоящее время, Китай сконцентрировал в своих руках 80% внешних долгов Джибути и полностью контролирует ситуацию в регионе
Инвестиционный план Китая на африканском континенте осуществляется в настоящее время в соответствие с Пекинской декларацией и пекинским планом действий, которые были приняты Китаем совместно с рядом африканских стран.
Эфиопия является участником Азиатского банка инфраструктурных инвестиций (аналог МВФ для Глобального Юга) и обладает значительным проектным потенциалом с реальными источниками фондирования.
В стране двенадцать зон приоритетного экономического развития и индустриальных парков.
Там размещены производственные мощности таких брендов как H&M, Tchibo, и Phillips-Van Heusen (PVH) и многих других.
Согласно данным аналитического отчета американской компании Stratfor (США): ключевой тенденцией ближайших лет в Африке станет системное региональное усиление Эфиопии.
Сама Эфиопия была названа в отчете «восходящей звездой», способной активно привлекать инвестиции как Китая, так и арабских стран, в первую очередь ОАЭ.
Основные направления инвестиций: транспорт, энергетика, промышленность, добыча полезных ископаемых и туризм.
Основа экономической политики Эфиопии заложена в национальной Программе устойчивого развития и преодоления бедности, обусловленной низкими трудовыми доходами.
Реперная точка программы – достижение темпов роста ВВП на уровне 7%+.
Рецепт Эфиопии: синергия частных ПИИ (планируется увеличить их до 16-20% ВВП) и государственных инвестиций (рост до 20% ВВП).
Большая часть расходов государства концентрируется в секторе здравоохранения и образования, прежде всего в контексте повышения заработных плат.
Характерно, что для достижения целей экономического роста, Эфиопия активно использует как умеренную инфляцию, так и расширение дефицита бюджета.
Эфиопия - это страна, которая кормится "у двух мамок".
Она беспошлинно поставляет значительную номенклатуру своих товаров на рынки ЕС и США, при чем не имея с этими экономиками подписанных соглашений о создании ЗСТ.
Происходит эта торговая экспансия в рамках программы «все, кроме оружия» и специального Акта США по беспошлинной торговли с беднейшими странами.
И одновременно Эфиопия получила снижение и отмену пошлин на 90% своего экспорта в Китай.
Разумеется, эфиопская экономика – это не молочная река в кисельных берегах.
Но ее пример для нас может быть интересен несколькими важными моментами.
1. Качественную инфраструктуру могут построить инвесторы, просто нужно, чтобы по этим логистическим направлениям начали двигаться их товарные потоки.
2. Для преодоления трудовой бедности нужны высокие темпы экономического роста, а они появятся лишь при условии увеличения уровня добавочной стоимости, повышения производительности труда и встраивании экономики в глобальные производственные цепочки.
Нужны ПИИ и максимально возможный рост госрахсодов на образование и медицину для сохранения конкурентоспособности человеческого капитала.
3. Нужен кластерный подход: создание индустриальных и технологических парков, торговых полигонов, СЭЗ, порто-франко, то есть формирование кластерных точек экономического роста.
4. Инвесторам нужны точки входа для инвестиций и одно «окно» для получения всех необходимых разрешений.
5. Инвесторы уже не воспринимают регулятивно-правовой хаос.
Необходимы отдельные экономические кластеры с международным правом, отдельными судами, регуляторами, мультивалютным режимом и органами управления кластерами в виде совета инвесторов.
6. Крайне важна преемственность решений, то есть гарантии прав инвесторов должны кодифицироваться в виде Инвестиционного кодекса и найти отражение в Конституции.
7. Ключевые точки развития в 21 веке – это города, особенно концепция Пола Ромера относительно «чартерных городов».
А кем хотим быть мы?
Пока украинская экономика развивается хаотически в сторону простейших сырьевых циклов.
Чертежей новой экономики нет.
В таких условиях, диалектика развития толкает экономику к формату "восточноевропейского Сомали". Только без сомалийской демографии.
