"Останется только один" - Александр Скобов

"Останется только один" - Александр Скобов

"Парламент" Континентального Китая, при одном голосе против и шести воздержавшихся, заранее одобрил разрабатываемый партийным руководством закон об обеспечении государственной безопасности в Гонконге. О пресечении там сепаратизма, терроризма, деструктивных действий и иностранного вмешательства. Обеспечивать это пресечение призваны отделения спецслужб Континентального Китая, которые откроются в Гонконге и будут действовать на основе континентальных законов.

Гонконгцы усматривают в этом прямое нарушение Пекином договоренностей о передаче Гонконга под его власть по формуле "одна страна — две системы". Эта формула предполагала, что безопасность всех видов в Гонконге обеспечивает только его полиция, созданная по британским образцам и действующая в рамках местного законодательства. В Гонконге вновь начались массовые уличные протесты, несмотря на карантин. Однако перспективы сопротивления специалист по Дальневосточному региону Василий Головнин оценивает пессимистически. На Пекин работает эпидемия: страх перед заражением снижает массовость уличных акций. Да и народ подустал от небывало длительных и упорных манифестаций прошлого года.

Можно еще добавить, что и "Свободному миру" в условиях эпидемии не очень-то до Гонконга. Что и до эпидемии там все более торжествовала готовность обменять права человека на торговые преференции. Но дело не только в этом. Только очень наивные люди могли верить в формулу "одна страна — две системы". Верить в то, что Континентальный Китай удовлетворится символическим восстановлением формального суверенитета над Гонконгом и не попытается привести его законы в соответствие со своими.

Ведь чем законы Гонконга отличаются от законов Континентального Китая? В Гонконге существует идеологический и политический плюрализм. Существуют гражданские и политические свободы. Свобода информации, свобода выражения мнений, свобода критики властей, свобода общественно-политической деятельности, в том числе оппозиционной. В Гонконге существуют права человека в столь нелюбимом в России западном значении этого слова.

Законы Континентального Китая все это исключают. Несмотря на все свои рыночные реформы, Континентальный Китай остается тоталитарной партократической диктатурой. Именно тоталитарной, а не авторитарной, как предпочитают его последнее время называть аналитики праволиберальных взглядов, для которых если в стране появились частная собственность и рынок, то это уже и не тоталитаризм вовсе. В Континентальном Китае тотально запрещена любая легальная оппозиционная деятельность. Тотально запрещена любая легальная критика властей и их политики. Любое легальное выражение несогласия с обязательной для всех государственной (партийной) идеологией.

Мало кто знает, что в Континентальном Китае кроме правящей КПК существует еще целых восемь "союзных" с ней партий-сателлитов. Но это "многопартийность" по типу ГДР и ЧССР времен советской оккупации. "Партии-союзники" лишены возможности соперничать с правящей. Они могут её лишь во всем поддерживать и признавать её "руководящую и направляющую роль". Потому-то о самом их существовании знают очень немногие. Так же как и о существовании аналогичных "партий-союзников" в кимовской Северной Корее.

Вот этим "система" Континентального Китая принципиально отличается от "системы" Гонконга. И сосуществовать в рамках "одной страны" они не могут в принципе. Либо тоталитарный каток Континентального Китая задавит гонконгскую свободу, либо гонконгская свобода будет проникать в Континентальный Китай и рано или поздно взорвет изнутри его тоталитарную "систему". Вызовет революцию или горбачевскую "Перестройку". И коль скоро пекинский режим вставать на путь горбачевской перестройки категорически отказывается, он будет последовательно стремиться закатать гонконгскую свободу в асфальт.

Формула "одна страна — две системы" изначально была обманом одних и самообманом других. Праволиберальные надежды на то, что капиталистическая экономика рано или поздно потянет за собой и политические свободы, не оправдались. Самообманом являются и рассуждения некоторых аналитиков о том, что Континентальный Китай просто хочет набить себе цену в условиях разгорающейся торговой войны со "Свободным миром". Режим пекинских псевдокоммунистов скорее пожертвует экономическими выгодами, чем позволит гонконгской свободе и дальше просачиваться на континент, воодушевляя своим примером жителей Поднебесной.

Но и "бизнес-дипломатия" Трампа направлена на то, чтобы выбить у Континентального Китая экономические уступки, а не на то, чтобы защитить гонконгскую свободу. Поэтому вряд ли можно надеяться на то, что Трамп введет серьезные санкции именно за подавление Гонконга. Для него это точно лишь повод набить себе цену. В мире путиных и трампов, в мире RealPolitic и парализованных, разрушающихся международных институтов Гонконг практически обречен.

Жители Гонконга дали небывалый пример приверженности политической свободе, небывалый пример упорной, высокоорганизованной, самоотверженной борьбы за нее. Продемонстрировали, что люди могут массово ценить политическую свободу не только в англо-саксонском мире. Что дело не в "восточном" и "западном" менталитете. Что это не "борьба цивилизаций", а именно "борьба систем".

Все, для кого политическая свобода остается жизненно важной ценностью, с огромной симпатией следили за отчаянной борьбой Гонконга. И они должны помнить Гонконг. И понять, что так же, как и формула "одна страна — две системы", несостоятельна и формула "один мир — две системы". Эти две системы несовместимы. Глобальное столкновение между ними неизбежно. Останется только один.

Александр Скобов


Loading...