"Пейзаж после битвы" - Яков Миркин

"Пейзаж после битвы" - Яков Миркин

Что останется, когда рассеется пыль? Когда пандемия исчезнет и нам на память останутся страх, понимание шаткости любой экономики и того, что «черный лебедь» что-то зачастил. Что изменится в идеях, в спросе, в соотношении сил на мировой экономической арене и, самое главное, что мы, российское хозяйство, должны взять от года 2020-го?

Крупнейшие страны, и мы тоже, станут гораздо больше ценить простые вещи – продовольствие, чистая вода, тепло, энергия, санитария. Зайти в химчистку или в парикмахерскую, купить газету или книгу оказалось высшим благом. В час «Х» ты понимаешь, что мир привычный, мир, где ты накормлен и обут почти автоматически, на самом деле, хрупок, живет с колес и в любой момент может уйти в ничто. Как после войны, мы долго будем создавать запасы. Мы долго еще будем инстинктивно ёжиться в местах, где люди бывают все вместе, в толпе, толкучке.

2020-й будет годом упрощений. Что значит авиакомпания, поставленная на месяцы на прикол? Или массовые перерывы в поставках из Китая и замершие производства? А обрушение подроста – мелкого бизнеса? Перерывы в кредите? Все это – утрачиваемая сложность в технологиях, продукции, распад в системе связей. Экономикам, как и любому после травмы, долго еще придется учиться ходить заново, чтобы восстановить ту сложность и сцепку, которой они обладали еще полгода назад. И еще – сегодня это экономики, залитые льготами и деньгами от центральных банков. По сути, они существуют на аппаратах искусственного дыхания. Сходить с них, учиться жить заново – это тоже время, изломанность и тяжесть.

Так каким же будет мир после пандемии? Это мир успеха экономики «простых вещей». Это мир протекционизма, потому что еще долго никто не забудет, как у Китая рвали медицинские маски, когда оказалось, что их производство – прежде всего там и нигде больше. Это будет мир, где мы вспомним, что то, до чего можно дотронуться, лучше, чем то, что мы только видим и осязать не можем. В экономиках будет гораздо большим вес материального, личного. Мы очень устанем от того, что видим на экране. Да, конечно, коммуникации, интернет-доставка, виртуальное образование, ИТ-надзор за всеми нами – все это будет. Но радость бытия от того, что можешь лично дотронуться, увидеть, ощупать, сделать самому – это и будет основой экономики успеха в ближайшие годы.

Выиграют в экономике те, кто сможет делать вещи чуть более лично, чуть индивидуальней. Мы устали от массовой обработки тел и их желаний, когда в самолетах, в супермаркетах, в театральных залах, на променадах, в госпиталях - как в автобусах, набитых до потолка! И при том – дорого! Мы не хотим стандартности. Нет «человейникам! В этих кубах до неба мы все просто пропадем. Именно они дают экспоненты заражений. Мегаполисы – это нечеловеческая жизнь, особенно во времена пандемий и техногенных катастроф.

В будущей экономике будет больше любви к тому, чтобы «сделай сам». Будет больше собственности и меньше криков о том, что проще купить и арендовать, чем сделать самим. Будут больше цениться свои, даже простейшие умения, когда способность выживать, выпечь хлеб, обогреть себя и семью, пусть даже как хобби – в этом будет огромная ценность. И дешевле умения, основанные, прежде всего, на обработке информации. Продвигать, посредничать, выставлять, презентовать – все эти профессии могут быть не так уверены в будущем. Пространство знаний? Экономика будет требовать прежде всего то, что конкретно, очень специально, приближено к физической реальности.

А что из этого? Крупнейшие изменения в структуре спроса и предложения, в том, что мы будем требовать от экономики, и кто, и что в ней будут иметь успех. Она будет больше помнить о своем предназначении – кормить, поить, одевать и лечить. Станет больше розничной, чем раньше, чуть обыденнее, более земной, чуть дальше от миллионов тонн, от мегаватт, от поражающих воображение проектов, далеких от повседневной жизни, в которых люди – всего лишь счетные единицы. А точнее – бессчетные. Экономика должна стать человечнее после удара - 2020, прошедшего по нашим душам.

Все это открывает огромные возможности для российского национального хозяйства. У нас огромные пустоты в производстве «простых вещей». Мы очень зависимы от Китая, Европейского Союза (прежде всего, Германии) – в обыденном, в том, что потребляем каждый день. У нас огромные рынки для населения, во многом заполненные импортом. Нам нужны триллионные – не в рублях – вложения в коммуналку, в социальную инфраструктуру, в дома по сердцу – нет, не в панели в 40 – 50 этажей. В малые и средние поселения, в достойное качество жизни по всей стране, а не только в Москве и крупных городах.

Мы отчаянно нуждаемся в том, чтобы переместить производство вещей личных, для нас самих, внутрь России – и сделать это по всей стране. Протекционизмом, попыткой вернуть мощности из Китая и Азии – этим будут заниматься все крупнейшие экономики мира. Стали понятны риски сверхконцентрации, то, что не всегда всё можно купить. Мир должен быть мастерской везде. Но, прежде всего, у нас дома, в России. Сделать нашу экономику – по продукции, по сервисам – гораздо ближе к тому, что мы желаем каждый день, вырастить внутренний спрос и на этом – не только на сырье – сделать каждого из нас состоятельнее, увереннее, свободнее.

Не только мед, хохлома и пуховые платки, не только сборка из чужих деталей – свое собственное розничное производство, для всех умений и талантов, которых в России очень много. Мы это понимаем? Мы это сделаем? Сделать так, найти новый баланс между открытостью и тем, что умеем сами - было бы чудо.

Яков Миркин

Loading...