Стратегия децентрализованной или автономной войны, принятая в Иране накануне 28 февраля, не является чем-то новым, и Трамп близок к истине, когда второй день говорит, что война в Иране выиграна и “мы ещё не начинали”. Его тезис кажется противоречивым, но только если смотреть в статике, а не в динамике.
Самые прямые аналоги стратеги “автономной войны” – система подпольных обкомов, райкомов и приданных им диверсионных групп, оставленная партией Сталина в 1941 г. на оккупированных территориях, и схожие структуры, оставленные партией Гитлера в 1945 г.
Эффективность подпольных обкомов сложно оценить. Короткое время лукашенковская пропаганда утверждала, партизаны Беларуси контролировали от половины до двух третий её территории к началу Красной армией операции “Багратион”, но возникает вопрос: как считать. Немецкие группы “Вервольф” прекратили заметную деятельность в 1947-1948 г. и эффективность их “автономной войны” была близка к нулю.
Буш-младший после занятия в 2003 г. Ирака сравнил ожидаемое сопротивление групп партии Баас с “Вервольфом” и не ошибся в оценке его результативности. В Пентагоне и в ЦРУ явно просчитывали такой сценарий. Логично, что вариант “автономной война” учли при разработке операции “Эпическая ярость”. СМИ не придумали нарратив о стратегии децентрализованного управления на случай гибели высшего руководства, и ссылаются на источники в разведке США и других стран.
“Подпольные обкомы” логичны при оккупации, но это явно не случай Ирана. Поэтому “обкомы” КСИР уже 12 дней выглядят как Хезболла в Ливане, которая воюет с Израилем, притом, что армия и правительство Ливана с ним не воюют. Это политическое поражение для КСИР, так как Иран оказывается ментально разделённым на воюющих и не воюющих с США, с Израилем и другими государствами.
При этом у такого ментально воюющего иранца есть выбор – с кем именно он воюет. Подозреваю, не только Пезешкиан не хочет воевать с арабскими государствами Залива. КСИР тоже 10 марта заявил, что не будет атаковать корабли тех стран, которые разорвут дипотношения с Израилем и США. Но 11 марта под удар попал танкер Тайваня, у которого дипотношения есть лишь с десятком государств, и среди них нет США и Израиля.
Возникает ряд проблем – список врагов чересчур сложный и длинный, и не все они до 28 февраля были врагами. В том числе и государства Европы. Немецкий тренировочный лагерь в Иордании точно ничем Ирану не угрожал. В Оман, Саудовскую Аравию и Кувейт въезд по паспорту Израиля запрещён, как и в Малайзию, Пакистан или Бангладеш. Теперь они враги, несмотря на это, так как имеют дипотношения с США. РФ и КНР тоже враги – в них есть посольства Израиля и США. При этом США сами ужали дипотношения с РФ, но Москва и Пекин на разрыв их не пойдут, даже если об этом попросит новый рахбар.
Дмитриев, словно в насмешку над Ираном как стратегическим союзником, прилетел 12 марта в Майами к Виткоффу, что обсудить совместные проекты по газу и нефти. “Путин” дважды публично говорил Европе, что РФ готова заместить нефть и газ с обоих берегов Залива, и не только на время войны. Говорил в ситуации, когда у Тегерана расчёт на рост цен как на инструмент войны. Но прилетело 11 марта не по РФ, а по нефтетерминалу и судну у берегов Омана, который 10 марта поздравил Иран с избранием нового рахбара, и где нет долговременных баз США. После этого султан Омана звонит Пезешкиану, и вновь повторят, что его султанат придерживается нейтралитета. К сожалению, не имеем записи их беседы, но явно султан в душе сожалеет, что не обзавёлся системой ПВО из США, как сделали другие государства Аравии.
Если цель войны для КСИР – добиться дипломатической изоляции США и Израиля, то она явно недостижима. Цель стратегии “автономной войны” везде и всегда одинакова – изгнание оккупационных войск. Но Иран не оккупирован и США явно не собираются это делать – у них нет полумиллионной армии вблизи него. Даже стотысячной нет. Стратегия автономной войны превращается в бессмыслицу. Командование КСИР не может бросить клич “Все на борьбу с оккупантами!” и призвать клеить по ночам листовки и нападать на патрули. Не может объявить мобилизацию, так как линии фронта нет и раздача автоматов бессмысленна.
Автономная война с Израилем, США и всеми, кто не разорвёт дипотношения с ними, превращаться в частную войну КСИР, подобную той, что десятилетиями ведёт Хезболла против Израиля, притом, что армия и правительство Ливана в ней не участвуют. При этом значительная часть иранцев относится враждебно к КСИР, а администрация Пезешкиана стремится сократить список врагов и как-то дистанцироваться от войны.
В результате, чем дольше командование КСИР будет продолжать эту войну, тем больше оно будет оказываться во внутриполитической изоляции. КСИР – это контрактная часть армии Ирана со специфическими задачами и с боеспособной численностью в 80-120 тыс. человек. Призывная армия Ирана с офицерским и другим постоянным составом около 350 тыс. человек не может быть массово задействована в ситуации, где боевые действия идут только дистанционно.
Но и возможности КСИР вести дистанционную войну тоже быстро снижаются из-за потери пусковых установок для ракет и запасов крупных ударных дронов. Танковые, артиллерийские и пехотные части Артеш, как называют иранцы призывную часть армии, оказываются незадействованными в такой войне. Авиация противника их не трогает, но бомбит полицейские участки и блокпосты в городах. Чем дольше это будет длиться, тем больше вероятность, что КСИР сможет отвечать на бомбардировки лишь организацией митингов из членов Басидж, аналога советских ДНД – добровольных народных дружин.
Поэтому Трамп прав, когда одновременно говорит, что уже выиграл войну и при этом – “Мы ещё не начинали”. До стадии митинги в ответ на бомбардировки ещё не дошло. Весь вопрос в том, как скоро в политическом менеджменте Ирана и в КСИР адекватно оценят ситуацию и какие выводы сделают. У Трампа есть и другие “козырные карты”, которые в игре, и его требования необременительны. При этом у иранцев есть широкий диапазон для торга, что часто становится причиной бессмысленно затяжных переговоров.
