Атакованы АЗС в 4 районах города (накануне ещё три). Пострадали жилые дома и другие гражданские объекты. Есть раненые.
Враг ничего не может сделать с украинской армией, поэтому чётко обозначил: будет делать нестерпимой жизнь в тылу в режиме нескончаемого военного преступления.
Основной акцент россияне делают на уничтожение логистики: жд (энергетические сети и оборудование, локомотивы, пассажирские поезда, электрички), автобусы. Что затруднит коммуникацию и оборвёт часть связей.
Удары по АЗС призваны затруднить любые гражданские перемещения (подвоз товаров, работу общественного транспорта и т.д.). Ибо армия своё снабжение топливом так или иначе организует.
Также россияне с особым остервенением истребляют машины скорой помощи. От чего страдают преимущественно старики в сёлах. Ибо «скорые» сейчас выполняют роль мобильных медкабинетов.
Речь идёт не только о населённых пунктах поблизости (10-15 км) от ЛБС. До 100 км в глубину враг выжигает мирную инфраструктуру. Россияне регулярно атакуют Чугуев (50 км до ЛБС) и убивают гражданских. 24 апреля нанесли удар по Балаклее (60 км) – 2 погибших и 2 ранены, за минувшие сутки снова атаковали Балаклею, повредили больницу.
Россияне каждую ночь разрушают несколько жилых домов в Богодуховском, Харьковском, Чугуевском районе – даже там, где формально нет ЛБС. Просто создают выжженую землю, чтоб люди уезжали. Об Изюмском и Купянском я вообще молчу.
Сельское хозяйство в таких условиях становится сверхрисковым на всей территории области. Можно вырастить зерно, а потом за ночь его лишиться.
То же самое происходит в других регионах. Сегодня в Херсоне россияне дважды атаковали автобусы. Утром минимум 2 человека погибли…
Это всё к тому, что некоторые партнеры позволяют себе восклицания на тему «почему украинцы не особо настроены на диалог с россиянами?».
Мы настроены. И всегда были. Просто россияне думают и делают не то, что произносят вслух. Ровно до тех пор, пока их не вынудят силой.
Идеи поверить Кремлю на слово без необходимого подкрепления силовым ресурсом уже доказали свою тупиковость. Более того.
Три года назад у Украины не было эффективных дальнобойных дронов, а ракеты исчислялись в штуках. Партнёрам доносили простую мысль: если вы хотите управлять эскалацией со стороны Украины, предоставьте достаточно средств и снимите ограничения на использование, чтоб мы защитились и вынудили врага отступить. А потом контролируйте. Будут все гарантии, что Украина не перейдёт какие-то границы.
Иначе наша страна будет форсировать создание своего оружия. И тогда будет значительно меньше оснований прислушиваться. Что, собственно, и происходит. И, как всем очевидно, данный процесс только набирает ход.
Поэтому, либо партнеры мобилизуют такую поддержку (санкции, блокада российского трафика, инвестиции в украинское оружие для совместного использования, военный союз), чтобы Путин отполз.
Либо Украина с кровью, с потерями, но получит такую степень военной субъектности, что перекроит рынки.
И прогрессивным демократическим странам придётся отнимать ракеты у жертвы агрессии.
Что заведомо обречено на неуспех и окончательно добьёт остатки их этического лидерства.
