Бельгия только что объявила о заморозке демонтажа всех своих ядерных реакторов: правительство премьера Барта де Вевера начало переговоры о выкупе атомного парка у французского оператора Engie. Ещё в прошлом году бельгийский парламент отменил закон о ядерном выходе, принятый в 2003 году, а два работающих реактора — на АЭС Дуэль и Тианж — уже получили продление лицензий до 2035 года. Бельгия движется в общеевропейском фарватере: Франция достраивает новые энергоблоки, Финляндия в 2023-м запустила крупнейший реактор на континенте, Нидерланды, Польша и Швеция разворачивают собственные атомные программы. Ядерная энергетика возвращается в Европу как ответ на энергетический кризис, климатическую повестку и зависимость от российского газа.
На этом фоне Германия выглядит не просто исключением — она выглядит клиническим случаем. Немецкий Atomausstieg имеет полувековую историю: антиядерное движение зародилось ещё в 1970-х, а в 1998 коалиция СДПГ и «Зелёных» закрепила отказ от атома законодательно. В 2009-м новое правительство Меркель это решение отменило и продлило лицензии реакторов — здравый смысл, казалось, победил.
Но 11 марта 2011 года в Японии случилась Фукусима. Реактор расплавился не из-за халатности и не от рук врага — его уничтожили землетрясение и цунами, явления, в Германии физически невозможные. Тем не менее Меркель — дипломированный физик, что делает её решение особенно красноречивым — за трое суток объявила мораторий, а через два месяца восемь немецких реакторов были остановлены навсегда. Последние три выключили в апреле 2023-го, в разгар энергетического кризиса. Страна, получавшая четверть электроэнергии от мирного атома, заместила его не возобновляемыми источниками, а газом и углём, нарастив выбросы CO₂ на 7% за два десятилетия. По некоторым подсчётам, цена этого решения — около 700 миллиардов евро.
В мае 2025 года новое правительство Мерца сделало робкий жест в сторону здравого смысла: Берлин снял возражения против признания атомной энергии «зелёной» в европейской классификации — той самой, которая определяет, куда идут инвестиции и субсидии. До этого Германия годами добивалась, чтобы атом не конкурировал с ветром и солнцем за «зелёные» деньги. Теперь блокаду сняли. Но реакторы от этого не включатся. Для того, чтоб их вернуть в строй, нужна ядерная политическая воля. Но у нынешней правящей коалиции нет даже угольной.
