"Нешуточное" - Дмитрий Быков

"Нешуточное" - Дмитрий Быков

А вот представь: умрет Сенцов. На фоне праздника людского. Не убедивши подлецов, нимало не смутив Пескова. Песков не каменный в душе, такая резкость не близка мне, — ​он просто из папье-маше, а это гадостней, чем камни. Что, страшно? Мне еще страшней, но здесь, хотя бы между нами, должны мы несколько вещей назвать своими именами: так вот, представь, что он умрет, не расшатав, как ждали все мы, а укрепив, наоборот, стабильность нынешней системы. Что ж, людоед как людоед, как древле молвил Лосев-Лифшиц*. В России протестантов нет, а Запад съест, не подавившись. Пропагандонский причиндал, приняв воинственную позу, заявит: «Сам же голодал. Убил себя — ​и баба с возу!» Другой умеренный эдил** добавит с огорченным видом: «По факту Путин победил. Сказал «не выдам» — ​и не выдал». Так каждый будет голодать — ​убийца, выродок, насильник, — ​и что же, всем потачку дать? Переводить, положим, в ссыльных? Вот ваших детушек, отцов, мамаш, племянниц, братьев, шатьев — ​взорвет какой-нибудь Сенцов с дружками: тоже защищать их? Невинный, тоже мне, пострел, агент чужого государства: да, не взорвал. Но он хотел! Теперь пипец, доголодался. Он, значит, нашего вождя в порыве своего бесстыдства желал смутить, наивно ждя, что тот действительно смутится? Не получилось, негодяй! Наш вождь и бровью не поводит, хоть вся страна заголодай! (Отчасти так и происходит). Да, это выглядит черно, но вы подите перекрасьте: Сенцов умрет — ​и ничего. Еще одна победа власти. Не надо ссориться с вождем. В жестокой нашей юморине он голодал, он осужден, сам голодал — ​не уморили… И как поспоришь со скотом, что счастлив при такой системе? Расплата будет, но потом. И даже, кажется, не с теми.

А может, выживет Сенцов. Его, допустим, обменяют, и толпы киевских борцов его, допустим, обнимают. Сначала грянет торжество, но как задумаешься, друже… Так будет лучше для него, а после, может быть, и хуже. Какая вонь начнется здесь, в таком же тоне, в той же позе! Он ел питательную смесь, его держали на глюкозе, и посмотри, какой амбал! Ликует, словно после свадьбы, румяный, свежий, вес набрал — ​нам всем бы так поголодать бы! Герой фальшивый, конь в пальто. Припомнят Бабченко, а как жа! Все умирают, но никто не умирает, как Аркаша. Все станут жалить в сотню жал, фанаты русских мундиалей: не голодал, котлеты жрал ночами, как Васисуалий!

И что теперь, в конце игры? Планета выведет отсюда, что власти русские добры. Психологическое чудо: сожми кого-нибудь в горсти, накинься бешеною коброй, потом внезапно отпусти — ​и в тот же миг ты будешь добрый! И что страшней, в конце концов, — ​уже легко представить ныне, что возвратившийся Сенцов немедля сядет в Украине, как села Савченко уже под дружный рев фанатов прежних, по подозренью в мятеже (и ведь действительно мятежник!). В России, кстати, вечно так — ​уже, по-моему, рутина: тут если умер, то дурак, а если выжил, то скотина. Вам всем от Путина привет — ​за прямоту прости нас, Боже: хороших вариантов нет. И для него, похоже, тоже.

Вот если б вечно голодать! Быть промежуточным, как Горби! К злорадству повода не дать, не дать и повода для скорби, лежать за стенами тюрьмы, пока безумствуют фанаты, — ​чтоб виноваты были мы, но чтоб не очень виноваты! Чтоб каждый мог, ложась в кровать — ​с родной женой или отдельно, — ​себя уютно бичевать, но не смертельно, не смертельно! Чтоб Путин всех переиграл, заколотил голов без счета, а он бы все не умирал, и мы б надеялись на что-то. Комфортно было б даже мне в моем застойном идеале, в такой подвешенной стране, при непрерывном мундиале, в краю державных наглецов, где есть опричнина тупая — ​и голодающий Сенцов сидит, все это искупая! Но неуклонен ход планет. Скажу, историю изведав, что голодовок вечных нет.

Спросите хоть у людоедов.

*Что ожидается от людоеда, то и делает людоед. Лев Лосев (Лифшиц), из Одена.
**Эдил — ​помощник трибуна, ответственный за проведение культовых игр.

Дмитрий Быков