В обиду не дам

В обиду не дам

Куда бежать, раздумывать особо было некогда, поэтому испуганная Мурка быстро добежала до соседского забора, перепрыгнула через него и тут же столкнулась с Веней. Огромный лохматый пёс стоял во весь рост и злобно рычал.

*****

— Хозяин! А ну иди сюда, разговор есть! — около забора стоял сосед и махал рукой, призывая подойти ближе. — Хозяин! Я долго ждать буду?

Иван перестал рубить дрова, отложил топор в сторону и посмотрел на соседа.

«Опять принял на грудь с утра, на приключения потянуло…» — сразу догадался Иван.

Это было понятно не только по легкому пошатыванию из стороны в сторону (хотя погода была абсолютно безветренной), но также по нагловато-хамскому выражению лица и грубому приказному тону, с которым сосед к нему обращался.

Последний раз, когда дядя Коля приходил «поговорить», пребывая в подобном воодушевленном состоянии, оказалось, что у него на грядке пропали огурцы, которые специально выращивались на закуску. Версия с инопланетянами его не устраивала, вот он и не придумал ничего лучше, чем обвинить во всем Ивана.

«Мол, человек новый в деревне, приехал из города, поэтому от такого ожидать можно, чего угодно».

Тогда этот чудаковатый деревенский мужичок с тридцатилетним стажем употребления всего, что «выше 40 градусов», грозился не только «разрисовать» Ивану лицо, но и обратиться к правАхранителям (то ли он специально коверкал это слово, то ли действительно не знал, как оно правильно произносится).

Правда, почему-то дядя Коля не обратил внимание, что у Ивана своих огурцов было в несколько раз больше. Впрочем, с логикой у него были проблемы всегда. Простительно.

Ивану же не хотелось устраивать никаких разборок с новым соседом, тем более что человек находился в состоянии, далеком от нормальности. Поэтому, не долго думая, он просто отдал ему тогда ведро своих огурцов, и они разошлись с миром.

Дядя Коля шел в дом с радостным лицом и горящими глазами: в тот момент он очень был похож на Юлия Цезаря, разгромившего войска Помпея. Еще бы: раскусил «воришку». Правда, самому не особо было стыдно, когда, протрезвев, он вспомнил, что огурцы свои с друзьями благополучно съел, гуляя всю ночь до утра.

Да и новое оцинкованное ведро забыл Ивану отдать. Сначала забыл, а потом жаловался, что украл его кто-то. Даже хотел опять «наехать» на Ивана, но вовремя одумался.

— Тебе чего, дядя Коля? — с интересом спросил Иван, подойдя к забору. Ему действительно было интересно, какую причину для конфликта придумает сосед на этот раз.

— Кошка пропала. Мурочка моя, — он демонстративно снял панамку и несколько секунд пытался выдавить слезу. У него ничего не получилось, поэтому, надев головной убор, он продолжил дальше — Это не просто кошка, это память о жене, понимаешь?

— Понимаю. Я здесь при чем?

— Так твоя собака её и съела! Третий день уже дома нету!

Веня, здоровенный лохматый пёс, недовольно гавкнул, будто понимая, о чем речь, и попытался встать.

— Лежать! — пресек его попытку хозяин.

— Так что, убытки возмещать будешь? — сосед немного отодвинулся от забора, косясь на собаку.

— Дядя Коля, моя собака кошек не ест. Да, не жалует, но не ест. Более того, Веня мой со двора никуда не уходит, поэтому твои домыслы ничем не обоснованы, тебе не кажется? А может, это они?

— Кто? — шепотом спросил дядя Коля, устремив взгляд к небесам, куда показывал Иван.

— Инопланетяне…

— Шуточки шутить изволите? Ну ничего, вот напишу я заявление в правАхранительные органы и тебя вместе с твоей собакой посадят!

Полдня сосед ходил по своему участку, громко возмущался и размахивал руками.

Потом кошка появилась и он сразу набросился на нее с упреками:

— Где тебя носило? Мышей кто ловить будет? На цепь тебя посадить надо!

Мужичок схватил Мурку двумя руками и стал трясти её, явно с намерением вытрясти из нее душу.

— Дядь Коль, ну что ты творишь? Она же беременная у тебя. — вмешался Иван.

— Кто, Мурка? Как беременная?

Он посмотрел на её раздутые бока и бросил на землю.

— Да как же тебя угораздило? Убить тебя мало! — сосед было замахнулся на нее ногой, но Иван снова его остановил, пригрозив, что если не оставит животное в покое, спустит собаку. Угроза подействовала, и дядя Коля, не желая связываться с огромным псом, закрылся в доме.

На следующий день Иван рано утром собрался в город. Как только машина отъехала, сосед вышел во двор, воровато осмотрелся по сторонам и стал звать Мурку.

Та прибежала на зов в надежде, что хозяин наконец покормит её, но вместо еды получила палкой по спине.

«Не люблю кошек, а гулящих еще больше не люблю!»— кричал дядя Коля, замахиваясь для второго удара.

От неожиданности она даже не сразу сообразила, что нужно бежать. Она совсем не ожидала от него такого. После смерти хозяйки он часто пил, не любил, но хотя бы кормил.

А тут будто с цепи сорвался. Озверел человек. Страшно с таким находиться рядом.

В самый последний момент в Мурке проснулся инстинкт самосохранения и она, увернувшись от палки, побежала.

Куда бежать, раздумывать особо было некогда, поэтому испуганная кошка быстро добежала до соседского забора, перепрыгнула через него и тут же столкнулась с Веней. Огромный лохматый пёс стоял во весь рост и злобно рычал.

Кошка в несколько прыжков добралась до будки и спряталась внутри, а пёс бросился вперед.

Дядя Коля пытался перелезть через забор, но подбежавший Веня заставил его в миг передумать. Порвав штанину и выбросив палку в сторону, сосед в считанные секунды перемахнул через грядки с огурцами и побежал в дом, выкрикивая все ругательства, которые только знал. Веня же с чувством не потерянного достоинства и выполненного долга подошел к своей собачьей будке, с интересом заглянул внутрь и, убедившись, что беременной кошке ничего больше не угрожает, улегся рядом.

Когда приехал Иван, Веня несколько раз гавкнул. Громко и требовательно.

Он делал так всегда, когда хотел, чтобы хозяин подошел к нему. Вот Иван и подошел. Погладив, он услышал, как пищат котята. Заглянув внутрь будки, он обнаружил там соседскую Мурку и двух её беспомощных малышей. «Вот те на» — удивился Иван.

— Не тронешь? — он посмотрел Вене в глаза.

Пёс несколько раз гавкнул, потом лег около входа и положил голову себе на лапы.

— Понял, — улыбнулся Иван. — Охранять будешь. Ну охраняй. С меня тебе вкусная косточка будет вечером.

На протяжении нескольких дней дядя Коля подходил к забору и требовал вернуть ему кошку. Пугал правАхранителями и сельским головой. Обещал даже письмо президенту написать. Да только напрасно это все. Для себя Иван твердо решил, что кошку прогонять не будет: сколько нужно, столько пусть живет. Захочет потом уйти, пусть уходит. Захочет остаться, милости, как говорится, просим. Наличие котят его нисколько не смущало. Наоборот — это было очень кстати. Скоро он должен был закончить ремонт в доме и забрать жену с дочками. Вот и будет каждой по подарку. А дяде Коле Иван сказал, что если не перестанет донимать своими претензиями, мало ему не покажется. Сработало.

Через две недели Мурка сильно приболела. Она почти ничего не ела и даже не выходила на улицу.

Заподозрив неладное, Иван положил кошку в картонную коробку (переноски у него под рукой не было) и повез в город к знакомому ветеринару. Ну а котята остались в будке под присмотром Вени.

Дядя Коля и его лучший друг Степаныч видели, как Иван спешно уехал. В этот же момент у него родилась в голове «гениальная идея». Он стал что-то объяснять другу, жестикулируя пальцами. Потом мужики выпили на дорожку и пошли воплощать коварный план.

Сам план особой гениальностью не отличался, но мог сработать. Главное, чтобы звезды сошлись в нужной порядке.

Степаныч обогнул участок Ивана и стал стучать палкой по забору. Веня тут же сорвался с места и побежал «встречать» незваного гостя. Тем временем дядя Коля перелез через забор со своей стороны и быстрым неуверенным шагом направился к собачьей будке. Засунув руку внутрь, он достал оттуда двух котят. Они смотрели на него широко раскрытыми глазами и недовольно пищали, не понимая, для чего их разбудили.

Небритое лицо дяди Коли расплылось в кривой улыбке, а в глазах не было ничего хорошего.

Веня, который громко лаял на незнакомого мужика, стучащего по забору палкой, вдруг резко повернулся.

Несмотря на свои огромные размеры, он рванул так быстро в сторону будки, что позади него пыль стояла стеной.

А дядя Коля на радостях не заметил приближающейся опасности и понял, что попал, только в тот момент, когда Веня подбежал к нему почти вплотную и грозно зарычал.

Возле ворот остановилась машина, из которой выбежал Иван. Сначала он пинками прогнал от забора Степаныча, а потом зашел во двор и направился к соседу, который стоял с котятами в руках и не мог даже пошевелиться.

Веня свое охранное дело знал хорошо, поэтому умел нагнать страху даже без лапоприкладства.

— Что же ты творишь, дядь Коль? Неужели так скучно живется?

Сосед молча стоял и дрожал. Потом с трудом проглотив ком, застрявший в горле, попросил:

— Убери собаку. Как человека прошу.

— Как человека? А сам-то ты кто? Давно на себя в зеркало смотрел?

— Убери собаку, — еще раз попросил сосед. — Больше не буду.

— Веня тебя с котятами не выпустит.

— Да не нужны мне эти котята. Просто хотел выкрасть, чтобы выкуп попросить. На, забирай!

Иван осторожно забрал котят, положил их в будку, после чего проводил дядю Колю до калитку и напомнил, что если еще раз нечто подобное повторится, отпустит Веню и пусть он делает с ним что ему вздумается.

Потом Иван приготовил молочную смесь и стал кормить котят. Мурку пришлось оставить в городе — под присмотром ветврача. Тот пообещал, что все будет хорошо, но котят некоторое время придется кормить Ивану. «Надо так надо, главное, чтобы мама поправилась».

— А ты, получается, будешь пока за маму, — усмехнувшись, сказал Иван псу.

Веня ничего не имел против этого и в знак подтверждения радостно завилял хвостом. «У каждой кошки должна быть своя собака» - подумал про себя Иван и пошел в дом.

Через неделю Мурка наконец вернулась к своим котятам, а вместе с ней Иван привез жену с дочками. Пока глава семейства занимался шашлыком, а его супруга готовила салат из свежих овощей, девочки знакомились с котятами. Все были счастливы, а это главное. Нет счастья большего, чем быть рядом с теми, кого ты любишь.

Дядя Коля продолжал беспробудно пить, а потом в один день ушел из жизни.

Что же, он сделал свой выбор… Никто, как говорится, в глотку не вливал.

Хоронить его было некому, поэтому Иван всё организовал сам. Мог бы и не делать ничего, но он человек был такой: не злопамятный и добродушный. За эти качества его очень любила жена, любили дочки и любил Веня. А потом еще и Мурка полюбила.

Стали они жить одной большой семьей. Как говорится: жить-поживать да добра наживать.