Одно из самых нелепых обвинений, которое любят выдвигать российской оппозиции: «А вот когда вы — либералы, были у власти…» Мне даже как-то неловко комментировать такие глупости. Но приходится.
Так вот — никогда за всю историю России либералы не были у власти. Даже на пушечный выстрел к ней не приближались. Что такое вообще власть в России? Это возможность контролировать хотя бы одну из трех ветвей власти — законодательную, исполнительную или судебную. Нужно контролировать хотя бы несколько финансовых потоков. И обязательно — силовиков. Хоть кого-нибудь: армию, полицию, органы. Без этого бессмысленно утром выпускать закон, за который вечером тебя посадят или расстреляют.
Но все дело в том, что в России чекисты с коммунистами ни разу не выпустили власть из своих рук. Кому досталась вся собственность в России? «Красные директора» советских заводов приватизировали собственные предприятия скупая ваучеры. Региональные элиты — бывшие первые секретари обкомов — превратились в губернаторов и владельцев местной экономики. Силовики получили долю через крышевание, а позже через прямую интеграцию в советы директоров. Криминальные группировки конца 80-х легализовались как охранные структуры и совладельцы бизнеса. Это была не либеральная приватизация — это был раздел добычи внутри прежнего властного класса, расширенного за счет его теневых сегментов.
Из примерно двух десятков премьер-министров и силовиков, занимавших ключевые посты в стране, людей не связанных с КПСС, КГБ или советским отраслевым аппаратом — всего несколько человек. Либералы как политическая сила в России никогда не контролировали ни силовые ведомства, ни администрацию президента, ни парламентское большинство, ни верховный суд, ни крупную собственность.
После 1991 года коммунисты с чекистами не дали сделать ничего из того, что нужно было делать немедленно. Коммунистическую идеологию не запретили. Доступ к архивам открыли на чуть-чуть и тут же в ужасе закрыли. Генералитет в армии не поменяли. Гражданского контроля над силовыми структурами не было установлено. Не было ни запрета на занятие государственных должностей для бывших партийных и чекистских функционеров, ни даже формального осуждения преступлений режима на государственном уровне. Реформы судов не произошло. Реформы ФСИН не было.
КГБ не признали преступной организацией и не распустили. Кадровая, оперативная, агентурная преемственность сохранились полностью. Методы работы, картотеки, ритуалы — те же. Не было процессов над организаторами политических репрессий, не было публикации списков агентуры (как это сделали, например, в ГДР с делами Штази). Стукачей и сексотов никто по имени не назвал.
И в результате — расстрел парламента в 1993 году. Конституция 1993 года, написанная под одного человека и наделяющая президента монархическими полномочиями. Первая чеченская война, вторая чеченская война. То, что некоторые принимали за либерализм — это возможность не быть сразу убитым или посаженным за слова. Но с этим тоже быстро покончили. Разгром НТВ был не началом, а финалом процесса, идущего с середины 90-х.
Да, было несколько относительно либеральных реформ — так сантехников приглашают починить сломанную канализацию. Чтобы потом все и свалить на них. Назвать это «властью либералов» можно только в том смысле, в каком можно назвать властью сантехника, которому позволили устранить засор в сортире.
Ни один сравнительный индекс политических институтов — Polity, V-Dem, Freedom House — никогда не относил Россию 1990-х к либеральным демократиям. В лучшие годы она оценивалась как «гибридный режим» или «электоральный авторитаризм с конкурентными элементами».
p.s.
И еще два слова про силовиков. Ленин захватил власть в России не потому, что знал слово «эмпириокритицизм». А потому, что у него была большая группа вооруженных людей, готовых применять силу. Честность и способность идти за свои слова в тюрьму стоят очень дорого. Но люди, которые выходят с прекрасными лозунгами на митинги постоят немного на площади и разойдутся по домам. Без серьезной вооруженной структуры сменить власть в России не получится никогда
